День памяти жертв политических репрессий: четыре необычных истории украинцев, подвергшихся большевистскому террору
За период пребывания в советской оккупации украинский народ пережил 17 волн политических репрессий и преследований, начиная с 1920-х годов и заканчивая 1980-тыми, пока Советский Союз не прекратил свое существование. Жителей Украины истребляли по социальному, национальному, политическому, религиозному, культурному признакам. Сколько всего украинцев стали жертвами политических репрессий в годы советской оккупации доподлинно не известно, но это десятки миллионов человеческих судеб.
«Прямой» подготовил четыре историй об украинцах, которые боролись с советской системой, несмотря на страх репрессий.
Выдающийся украинский драматург Николай Кулиш познакомился с легендой украинского театра Лесем Курбасом в 1926 году в Харькове. Тогда они еще не были «выдающимися» и «известными». Кулиш — вчерашний ветеран Первой мировой войны и участник революции 1917 года смело входил в харьковскую литературную жизнь, которая бурлила вокруг литературного объединения ВАПЛИТЕ. Курбас — режиссер-экспериментатор, чьи творческие иследования критиковали корифеи, вроде Саксаганского, приехал со своим киевским театром «Березиль» в Харьков на гастроли.
Новое время нуждалось в новой драматургии, а значит, и режиссуре, олицетворением чего на время становятся Харьков и творческий тандем Кулиш-Курбас. В целом внешность обоих писателей по экспрессионистски контрастировала: изысканный, элегантный европеец Курбас, который одевался в костюмы английского покроя, и немного угловатый неказистый Кулиш, привыкший долгое время носить одежду с чужого плеча, но оба блестящие ораторы, оба фанаты театра и сегодня можем сказать, масштабные фигуры своего времени. Внимание к достижениям новой драмы и экспрессионизма, одного из ведущих направлений модернизма, также объединяют эти фигуры.
Краеугольным камнем художественного метода Курбаса-Кулиша становится отказ от подражания-копирования предыдущей традиции, от комплекса неполноценности, дискурса «рабскости», в пользу художественной свободы. Образ маски также является общим для их творческой манеры, но это не столько буквальное использование ее как определенного предмета (что видим в театре dell’arte). Речь идет, скорее, об «безликой маске»: она понимается не только как возможность свободного проявления актера, вариации, но и средство задать определенную модель поведения, поскольку роль основывается не только на импровизации, но и имитации, повторяемости, типичности.
Однако, как и любая пьеса, пьеса их дружбы и совместного творчества также имела концовку. К сожалению трагическую. Первого арестовали Леся Курбаса — 26 декабря 1933 года. Проходил по сфальсифицированному делу так называемой «Украинской освободительной организации». В апреле 1934 приговорен к 5 годам лагерей, провел в ссылке на Беломорканале, впоследствии в карельской Медвежей Горе и на Соловецких островах.
За год, 1934 года состоится еще одно выдуманное дело — «дело борцов» в ней будет проходить большое количество украинской интеллигенции, еще вчера многие из них были пламенными сторонниками революции, более того, даже большевиками (Г.Волновой, М.Кулиш, В. Сосюра), а теперь их заклеймили «украинскими буржуазными националистами», так советская власть еще долго будет клеймить тех украинцев, которые будут выступать за ее соборность и независимость Украины. Кулиша обвинят в связях с ОУН и «спецтройка» НКВД присудит десять лет лагерей. Сидеть придется на Соловках.
3 ноября 1937 года, Лесь Курбас и Николай Кулиш будут вместе в пресловутом «Соловецком этапе»: 1111 узников ГУЛАГА, из которых 290 были украинцами расстреляли в урочище Сандармох в Карелии.
Осужденных раздевали до белья, связывали, затыкали в рот кляп, грузили в грузовые авто и везли до расстрельного полигона. Там их ставили на колени парами лоб в лоб, чтобы сэкономить патроны и убивать одной пулей сразу вдвоем. Так и суждено погибнуть двум друзьями, двум гениям украинского театра — вместе, глядя друг другу в глаза перед финальным выстрелом чекиста.
Сандармох стал местом массового уничтожения украинской интеллигенции. В составе «Соловецкого этапа» были расстреляны художники Николай Зеров, Марко Вороной, Валерьян Подмогильный, профессора-историки Александр Бадан-Яворенко, Сергей Грушевский, Владимир Чехивский, писатель и министр образования УНР Антон Крушельницкий и еще очень много украинцев.
До 1997 года исследователи делали предположение, что Соловецкий этап был сброшен с баржи в Белое море. Однако эта версия опровергнута карельским «Мемориалом», который нашел настоящее место убийства украинских классиков, в том числе и Николая Кулиша. Отметим, что историк и активист карельского «Мемориала» Юрий Дмитриев, который первым нашел и сообщил миру о массовых захоронения в Сандармохи, сейчас сам преследуется российскую властью и находится под следствием по надуманным обвинениям. Что в очередной раз нам напоминает — репрессивная политика России не меняется от цветов флагов и названия официальной идеологии.
«Бандеровский стандарт» сталинских лагерей
После Второй мировой войны «республику ГУЛАГ» начали наполнять новые «граждане», которые были осуждены по так называемым «бандеровским стандартом» — 25 лет ссылки. Большинство заключенных — это были воины УПА и так называемые «лесные братья» из стран Балтии.
Как вспоминал русский писатель Александр Солженицын, после того, как советские лагеря наполнились «бандеровцами» и «лесными братьями» покой установленный расстрелами и издевательствами в лагерях исчез — лагеря наполнили люди с достоинством.
Первым восстанием узников против бесчеловечных условий концлагерной политики стало восстание Норильского концлагеря, которое продолжалось с 26 мая по 4 августа 1953 года. Впоследствии за ним разразились восстания в Воркуте и Кенгире, давшие начало демонтажу системы ГУЛАГА.
Евгений Грицяк родился в 1926 году на Прикарпатье. В 16 лет поступил в Молодежное крыла ОУН, которое готовило молодежь к борьбе с немецкими оккупантами. С приходом на Прикарпатье Красной Армии, пошел воевать на 4 Украинский фронт рядовым солдатом. Был награжден медалями «За отвагу» и «За победу на Германией в 1941-1945 годах».
В 1945 году контрразведка узнала об участии Грицяка в ОУН. Получил так называемый «бандеровский стандарт» — 25 лет лагерей. Наказание отбывал в Джезказгане, Норильске, Владимирской тюрьме, на Тайшетской трассе, в Иркутской тюрьме, Инте и Мордовии.
В лагерях Гулага Грицяк постоянно и активно противостоял произволу лагерной и тюремной администрации, за что имел 42 дисциплинарные наказания и за три из них — по 1 год закрытой тюрьмы.
Уже весной 1952, когда Евгений Грицяк еще был в лагере Караганды (Казахстан), у него появилась идея всегулаговской забастовки, однако он понимал, что полная изолированность людей, а главное всепроникающий страх и истощение заключенных, делают эту идею нереализуемой, и решил провести такую акцию в своей зоне, надеясь на то, что движение сопротивления распространится как цепная реакция на другие лагеря. В ту пору количество лагерей в СССР и заключенных в них людей достигли небывалой величины, условия работы и содержания были ужасными. Очевидно, что доведенные до отчаяния еще и жестокостью и безнаказанностью администрации заключенные во многих местах Гулага приходили к тому же выводу — необходимо защитить свое достоинство. В Караганде заключенные начали оказывать сопротивление издевательствам охраны и уголовников. Следствием этого заключенных развезли по разным лагерям. Грицяк попал в заполярный Горлаг Норильска. Там руками заключенных тогда строили Норильский горно-металлургический комбинат, они работали в шахте, а также строили город. Горлаг состоял из шести отделений, в каждом содержалось по несколько тысяч человек. В 4-м отделении, куда направили Грицяка, было более пяти тысяч человек. Когда в марте 1953 умер Сталин, все надеялись смягчение условий в лагерях, однако в первые месяцы администрация повела себя еще более жестоко (начались расстрелы непокорных и подозреваемых), что и привело к восстанию во всех зонах Горлага в мае. Грицяк возглавил сопротивление в своей 4-й зоне. 25 мая 1953 года заключенные прекратили работу просто на стройплощадке, отказались возвращаться в жилую зону. Три дня на стройплощадку не завозили еду. Через три дня заключенные вернулись в жилую зону, где в знак солидарности с ними голодали те, кто оставались в зоне. На работу заключенные выходить отказались.
Попытки взять заключенных в одной из зон с помощью солдат с дубинками и даже офицеров, которые стреляли пред собой, не увенчались успехом — плотная толпа заключенных оказал сопротивление, вступил в кулачный бой. Руководство лагеря укрепило охрану, но к каким-то решительным действиям не удалось. Заключенные требовали приезда комиссии из Москвы и выполнения их требований: прекратить расстрелы; сократить рабочий день до 8 часов, гарантировать выходные дни; позволить переписываться с близкими; вывезти из Заполярья всех инвалидов; улучшить питание; снять с бараков замки и решетки, а из людей — номерные знаки; прекратить пытки на допросах и практику закрытых судов; отменить постановления ОСО (особого совещания) как неконституционного органа; организовать просмотр личных дел всех политзаключенных. Эти требования Грицяк 6 июня предъявил членам комиссии, приехавшей из Москвы. 9 июня 1953 года узникам объявили, что правительство удовлетворило часть требований, в частности, узникам разрешено отправлять 2 письма в месяц, а также иметь свидания с родственниками; устанавливается 8-часовой рабочий день и гарантируются выходные дни; с бараков снимаются замки и решетки, а из заключенных — номерные знаки и прочее.
Однако после этого не все обещанное было выполнено, в частности, вывоз на материк всех инвалидов и полная смена руководства Горлага. Кроме того, начались провокации. Забастовку пришлось продолжить. Только в августе 1953 года, после массового расстрела заключенных 3-й зоны, сопротивление было подавлено.
В 1956 году Грицяка уволили по постановлению комиссии Президиума Верховного Совета СССР. Он выехал на родину, где работал грузчиком и каменщиком, однако в 1958 году его прописку отменили и мужчина вынужден перебраться в Казахстан. А уже в 1959 году Комиссия Президиума Верховного Совета СССР отменяет предыдущее решение и Грицяка снова отправляют в лагеря.
В 1964 году Военная коллегия Верховного суда СССР снизила приговор до 10 лет, что позволило Грицяку выйти на свободу. Остаток жизни Евгений Грицяк прожил в притеснениях и унижениях советской власти, несмотря на то, что не принимал участия в диссидентском движении.
В 1980 зарубежное издательство «Смолоскип» опубликовало его воспоминания о Норильском восстание. В 1990 Грицяк посетил США и Канаду. Остаток жизни он прожил на Прикарпатье, издал несколько книг по практике йоги. Умер организатор первого восстания в ГУЛАГе в 2017 году, в возрасте 90 лет.
Провел самоперепись собственного народа
Юрий Османов родился в Биюк-Каралез, что в Бахчисарайском районе Крыма в 1941 году. Его отец — Бекир Османов был партизаном, однако когда Крым «освободила» советская власть, никто не обращал внимания на заслуги Бекира, его с семьей депортировали в узбекскую Фергану.
Там Юрий вырос, впоследствии в 1965 получил специальность инженера-механика в престижном советском вузе — Московском высшем техническом училище имени Баумана. А уже через три года получил свой первый срок за участие в крымскотатарском движении, фактически срок за то, что он не стеснялся быть крымским татарином.
В 1970-х Юрий Османов был вынужден постоянно менять место работы: Институт физики высоких энергий, стекольного завода, завод азотных удобрений, Подмосковья, Азербайджан, Узбекистан.
В 1972 диссидент совместно с отцом проводит самоперепись крымскотатарского народа составил семь актов нанесенных народу депортацией убытков, составил иск крымскотатарского народа к Советскому Союзу, который направил в ООН и высшие органы власти СССР.
В 1982 году вновь арестован по обвинению в составлении и распространении документов, порочащих советский строй».
Получил три года лишения свободы, наказание отбывал в Якутии. После наказания, упрятанный в психиатрическую больницу, одним из доводов заболевания назывались изобретения Османов и склонность к написанию стихов.
С 1987 — возобновил активность в крымскотатарском движении. В 1989 году включен в Госкомиссию Верховного Совета СССР по проблемам крымскотатарского народа. В 1990 году создает Комитет по делам депортированных в Крыму. В 1991 году исключен из состава Комитета. В 1992 году перевозит в Крым семью. Возглавлял крымскую газету «Арекет».
В 1993 году жестко избит неизвестным, от травм скончался на следующий день.
Единственный генерал, который был против
Петр Григоренко родился 1907 в крестьянской семье на Запорожчине. Учился в реальном училище на Дальнем востоке, затем работал на железной дороге в Донецкой области. Окончил рабфак, затем учился в Харьковском политехническом институте и Московской военно-инженерной академии.
Службу начал саперном батальоне, который занимался уничтожением церквей, после уничтожения трех храмов, отказался выполнять так задача и занимался «строительством деревянных мостов».
С 1939 года участвует в боях на реке Халхин-Гол. За критику военной близости Сталина был понижен в звании. Звание полковника получил только в 1945, а звание генерал-майора в 1959. Прошел всю войну, встретил победу в Чехословакии. Постоянно имел проблемы со СМЕРШем за критику военного руководства. Имел ряд наград, в частности высший советский орден — орден Ленина.
После войны работал в Военной академии имени Фрунзе. В 1961 году выступил с критикой сталинизма и политики М. Хрущева. В 1963 году создал Союз борьбы за возрождение ленинизма, за что в 1964 году был лишен звания, наград и пенсии. В 1964-1965 и 1969-1974 годах подвергался преследованиям, находился на принудительном психиатрическом лечении, неоднократно арестовывался, был лишен работы. Независимая психиатрическая экспертиза, которую провел Семен Глузман, не позволила дальнейшее содержание в психиатрическом учреждении. В мае 1976 года стал членом-основателем Московской Хельсинской группы за соблюдение прав человека. Через своего близкого товарища Николая Руденко способствовал образованию 9 ноября 1976 года в Киеве Украинской Хельсинской группы.
Первой фигурой в диссидентском движении середины 1970-х годов в Москве был академик, автор водородной бомбы Андрей Сахаров. Власть не решалась его арестовать, поэтому, с целью изоляции, его в 1973 году вывезли из Москвы до Нижнего Новгорода. Там он находился под наблюдением КГБ.
В это время генерал Григоренко становится центром диссидентства Советского Союза, координатором деятельности Украинской и Московской хельсинских групп. Поскольку советская власть не была заинтересована в выполнении ею гуманитарной части Заключительного акта Хельсинского совещания, начались репрессии против членов хельсинкских групп.
Григоренко в ноябре 1977 года отправили за границу, якобы на операцию, а потом лишили гражданства и запретили возвращаться в СССР. Умер Петр Григорьевич в изгнании в США 1987 года, не дожив 4 года до провозглашения Украины независимым государством.
Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.