Договоренности по ЗАЭС: не станет ли это «троянским конем»

Источник: Facebook -страница автора

Одним из наиболее сложных и неурегулированных аспектов «базового документа» о завершении войны есть договоренности вокруг Запорожской АЭС.

Я не юрист-международник, поэтому мои соображения не утвердительны, а скорее перечень беспокойств, возникающих при обсуждении сценариев послевоенного функционирования станции.

Раньше мне уже приходилось отмечать: в период послевоенного обновления Украины ключевым вызовом станет дефицит энергогенерирующих мощностей. В случае их недостаточности или при непомерных тарифах экономическое восстановление будет крайне сложным и будет существенно ограничивать возможности привлечения инвестиций в украинскую экономику.

Именно поэтому Кремль, руководствуясь не только тактическими, но и стратегическими целями, целенаправленно уничтожает украинскую энергетическую инфраструктуру. Москва стремится превратить будущую потребность Украины в электроэнергии в инструмент влияния на наш бизнес и политикум.

Очевидно, по крайней мере, по состоянию на данный момент, нам не удастся силовым способом провести деоккупацию города Энергодар, на территории которого расположена ЗАЭС. Украина законно считает объект своей собственностью, в то время как агрессор уже успел объявить его «российским» и передать под управление «Росатома».

Первое замечание касается именно статуса объекта. Официальный Киев ни при каких обстоятельствах не должен – прямо или косвенно – признавать станцию российской или создавать неопределенность прав собственности. Это не просто вопрос одного предприятия. Избегая четкой определенности, мы создадим опасный прецедент и заложим мину под право собственности на все активы, захваченные РФ с 2014 года.

Право собственности – это, прежде всего, возможность владеть, распоряжаться и получать прибыль. Отсюда вытекают логические вопросы: куда будут направляться средства от деятельности АЭС и в чей бюджет пойдут налоги?

В то же время собственность – это и бремя ответственности за техническое состояние и ядерную безопасность. Поскольку речь идет об атомных реакторах, цена ошибки критическая не только для близлежащих регионов, но и для всего континента.

Следует помнить, что энергоблоки ЗАЭС ввели в эксплуатацию еще 40 лет назад. У пяти из них проектный срок работы уже исчерпан, а шестой достигнет этого предела в 2026 году. Хотя эксплуатацию и продлили до 2026–2030 годов (и, вероятно, продолжат еще), неумолимо приближается время их окончательной остановки. Кто будет финансировать вывод из эксплуатации? Это миллиарды долларов. Атомная энергетика имеет существенный нюанс: при низкой текущей себестоимости производства электроэнергии, капитальные затраты в начале и конце жизненного цикла объекта являются колоссальными.

Поэтому нынешний интерес американских бизнесменов, приближенных к администрации Трампа, по отношению к управлению ЗАЭС выглядит как желание заработать «здесь и сейчас». Вопрос о том, за чей счет будут закрывать реакторы в будущем, остается открытым. Очевидно, что не за их.

Президент Зеленский заявлял, что Украина «после всего» не желает вести бизнес с россиянами напрямую. Тезис верен, но требует большей конкретики.

Россия не сумела (и по итогам этой войны уже не сумеет) ликвидировать украинскую государственность, однако ее руководство не оставит попыток в будущем добиться этой цели.

Кремль заинтересован в том, чтобы «вставить ногу в дверь» из-за поставок электроэнергии из ЗАЭС. Это попытка создать лазейки для реанимации бизнес-связей, которые станут инструментом коррупционного подкупа элит. Как это работает, мы видим на примере Грузии, после трагедии 2008 года сегодня вновь оказавшейся в орбите Москвы.

Именно поэтому важно зафиксировать: до полной деоккупации всей суверенной территории Украины в ее международно признанных границах, признания вины за вооруженную агрессию и выплаты компенсаций ни одного бизнеса с агрессором быть не может.

Этот запрет должен распространяться и на Беларусь, являющуюся фактическим соучастником войны. Понятно, что она должна действовать по меньшей мере, пока Беларусь находится под оккупационным контролем со стороны России и до прекращения правления уголовно-авторитарного режима Лукашенко.

Не секрет, что даже сейчас «после всего» у нас есть желающие сохранить щели, через которые будет восстанавливаться бизнес с Россией напрямую или опосредованно через Беларусь.

Исходя из указанных соображений, попытки договориться по ЗАЭС «где-то посередине» могут иметь очень негативные долгосрочные последствия для Украины.

Мое убеждение: позиция Украины должна быть непоколебима – станция и прилегающая территория должны вернуться под полный государственный контроль. Если Россия на это не согласится, этот вопрос следует вынести за пределы «базового соглашения», невзирая на все энергетические трудности.

Параллельно Украина должна потребовать компенсаций в международных судах за захваченную собственность. Отдельного внимания заслуживает роль МАГАТЭ: Любое ее согласие на эксплуатацию ЗАЭС должно обжаловаться в международных судах, как легитимизация разбойного захвата украинской государственной собственности, а также возбуждаться уголовное дело в отношении таких действий руководства.

Также следите за «Прямым» в Facebook , Twitter , Telegram и Instagram .

• Материалы, публикуемые в разделе “МЫСЛИ”, отражают мнение автора публикации, который несет полную ответственность за достоверность информации.
• Редакция prm.ua может не разделять мнения, изложенные в авторском материале.
• Владелец вебстраницы в разделе «МЫСЛИ» является автором публикации.