Крым должен перестать быть безопасным тылом России

Украина работает над изоляцией оккупированного Крыма, поражая железнодорожные и автомобильные маршруты, поддерживающие российское присутствие: речь идет не об отдельных повреждениях, а о попытке лишить полуостров функции устойчивой тыловой базы. Россия использует захваченные территории по-разному – одни становятся политическими рычагами, другие местом размещения войск, а Крым объединяет обе роли. Карабах показал результат демонтажа такой опоры: Москва потеряла возможность давить, а контингент ушел.

Об этом пишет Телеграф.

Москва собирала такие точки опоры на постсоветском пространстве с начала 90-х: Приднестровье – с 1992 года, Абхазия и Южная Осетия – после войны 2008-го, Крым и часть Донбасса – с 2014-го, Карабах – с 1991-го, где после Второй карабахской войны 2020 года российское присутствие закрепили «миротворцы». Схема везде одна: затяжной конфликт, который Россия разжигает и использует, лояльные Кремлю функционеры на местах, собственный воинский контингент как страховка. За тридцать с лишним лет эта система дала сбой лишь раз – в сентябре 2023 года, когда Азербайджан за сутки вернул себе Карабах, лишив Москву её плацдарма.

В Карабахе Россия отвела себе роль незаменимого арбитра, и до поры она казалась несокрушимой. Трёхстороннее соглашение ноября 2020 года давало Кремлю право держать в регионе до двух тысяч военных, а ключевые посты в непризнанной «НКР» занимали люди, напрямую связанные с Москвой. В 2022-м её «госминистром» стал «кошелёк Путина» Рубен Варданян – миллиардер, прежде возглавлявший «Тройку Диалог», через которую, по расследованию OCCRP, годами шли непубличные платежи близким к Кремлю фигурам. Назначение читалось однозначно: Москва не уходит, а укореняется.

Развязка наступила быстро. 19–20 сентября 2023 года азербайджанская армия за сутки сломала сепаратистскую оборону, «НКР» объявила о самороспуске, а её руководство вместе с Варданяном оказалось в бакинском СИЗО. Российские миротворцы не вмешались и в июне 2024-го досрочно ушли. Россия настолько ослабла и растеряла рычаги влияния, что даже Ереван, давний союзник Москвы, начал сближение с ЕС.

Украинские удары по крымской логистике не являются самоцелью – это часть более широкой стратегии, направленной на изменение значения полуострова для России. Если Крым перестанет обеспечивать операции на юге и потребует все больше ресурсов для собственной защиты, он потеряет ценность как плацдарм. Украина стремится создать условия, при которых российский контроль станет неустойчивым, а возвращение территории – более реальным.