Он растерян, отводит глаза, не может говорить прямо – интервью с ветераном АТО о встрече с Зеленским в Тернополе
Почему с Золотого-4 бегут проукраински настроенные жители, с какими проблемами столкнутся Вооруженные силы Украины во время отвода на Донбассе, почему в Тернополе кричали «Позор!»президенту Украины Владимиру Зеленскому и как он потом встречался с ветеранами.
Об этом в интервью в программе «Большие новости» на телеканале «Прямой» рассказал активист, ветеран-доброволец Дмитрий Гайдуцкий.
– Были ли вы когда-нибудь в Золотом?
Я, будучи волонтером, примерно в 2016 году заезжал туда к собратьев из 24-й бригады. И на терриконе в качестве волонтера тогда я находился и получил первый боевой опыт. Потому что нас обстреляли тогда очень мощно из артиллерии. Это как раз было на Золотом-4. То есть эти места мне очень знакомы.
– Что, по вашему мнению, будет сейчас с безопасностью гражданских в этом населенном пункте? И справится ли с поставленными задачами подразделения Нацполиции?
Я видел, что вроде все вменяемые люди только понимают, какая сейчас складывается ситуация в Золотом. Они делают правильно, они покидают этот населенный пункт. Потому что из всех предыдущих опытов, где отводились войска, Вооруженные силы Украины, с этими людьми случались ужасные вещи. И я думаю, что рисковать им не стоит. Они наверняка будут отходить. Я сомневаюсь, что Нацгвардия или Нацполиция справятся, если пойдет полномасштабная армия с той стороны.
– Боевики, насколько они получили свободу действий в этом районе? Действуют ли у них более жесткие инструкции по обращению с гражданскими и наблюдателями миссии ОБСЕ?
Не знаю, не буду комментировать. Увидим, как они поведутся. Но, из всех предыдущих горьких опытов, они на то и боевики, они не какая-то регулярная армия, а это боевики, которые будут делать то, что захотят, то, что им заблагорассудится. Я знаю, что такое армия их этих так называемых «ЛНВ» и «ДНР».
– Что они собой представляют на сегодняшний день?
Они научились воевать, в принципе, как и мы научились воевать за несколько лет. Но, когда я общаюсь со студентами, потому что часто меня приглашают в Тернополе в различные учебные заведения, и я им говорю: «Вы себе представьте, что есть город. Заходит кучка бандитов, разбойников, наркоманов, алкашей. Им дают оружие и говорят: делайте что хотите». Это происходит в тех городах. Поэтому и тут так же будто оно. Потому что идейных очень мало людей, которые действительно во что-то верят и за что борются. Все остальные-это такой вот хлам.
– Сколько может понадобиться времени для обустройства новых позиций украинских военных?
Сейчас идет зима, мы отступаем. Это на самом деле очень горькая правда, и это очень тяжелая. Погода на самом деле на востоке Украины на данный момент не такая, как у нас, не такая, как в Киеве. Потому что я буквально сегодня утром общался со своим командиром, с комбатом Тихим. И там очень холодно. Земля еще не промерзла, и окапываться есть возможность. Дело в том, дадут ли враги окопаться. Это – раз. Во-вторых, я знаю, какие были укрепрайоны, из которых отходили сейчас наши ребята. Это надежные укрепленные позиции, это позиции пристреляны. И это все придется с нуля начинать. И любой военный прекрасно понимает, что если сейчас зайдет враг на эти позиции, с которых мы уходим, выбить их потом оттуда будет очень сложно.
И на самом деле это очень тяжелая ситуация. Это надо все с нуля. Во-первых, мы не знаем позиций, на которые заходят, мы не знаем гнезд, военные не будут ориентироваться. Это очень много работы, и это займет очень много времени. Мне кажется, что эта зима будет очень тяжелой
– Что касается затрат на обустройство новых позиций, я пока не видел информации относительно того, чтобы были утверждены новые сметы Министерством обороны. Вы знаете примерно, сколько стоило обустройство предыдущих инженерных позиций?
Я не буду комментировать, я не знаю. Потому что я, как бы, и не боец Вооруженных сил Украины. Я боец Украинской добровольческой армии. Мы обустраивались как могли, в принципе, так же, как и ребята из Вооруженных сил. Единственное, что я знаю, что когда строилась линия обороны, то там были и бетонные сооружения, и до тех пор строились из добротного бетона, заливались с армированными вставками. Я не ориентируюсь в ценах, но сделаны они были на совесть. Потому что я знаю, что даже были случаи попадания 120-ки мины по тому укрепления – и оно выдержало эти удары.
А на счет бюджет – увидим, сколько заложат. На данный момент в бюджете, мне кажется, вообще ничего нет, вообще ничего не говорится о Вооруженные силы Украины. Он сильно урезан. Цифры разнятся на много-много миллионов, нужных сейчас миллионов Вооруженным силам.
– Вы общаетесь со своими собратьями. Что они говорят не на камеру относительно решения президента Украины выполнить требования Путина?
Выражаться нельзя нецензурно, поэтому я не буду. На самом деле общался с ребятами. В основном все мои собратья называют это полной ерундой. Потому что мы все понимаем, что на Нормандском формате наш новоизбранный президент… его просто съедят. Там сидят люди, которые просто не видят в нем сильного лидера. И потому это будет для нас очень серьезный крах. Поэтому это все игра с отводом войск, уходом, якобы разведения – я это называю не разведением, а отводом. И четко понимаю, что это отвод наших войск. И такая политика. Конечно, это большой минус, это несколько шагов назад. А потом сделать эти шаги будет очень трудно.
— Удовлетворится ли Путин такими уступками перед саммитом нормандской четверки? И вообще этот саммит состоится в предлагаемые сроки?
Нет, конечно. Мы же понимаем, что это все замыливание глаз, это обычная игра. Сейчас они поняли, что есть слабинка в украинской политике, что есть возможность нажать, есть возможность показать миру, насколько… Вы же видите, сейчас информационное пространство заполняется уже полностью абсурдными вещами. Мне, например, позавчера, когда приезжал президент в Тернополь, две бабульки наших местных нам лично ветеранам, которые стояли в форме, кричали «Позор!»В Тернополе. Я бы не удивился, если бы мне кричали где-то на востоке. А это в Тернополе. Поэтому этот эфир наполняется таким вот.
Мы проигрываем на всех фронтах на данный момент. Сейчас мяч не на нашем поле. И я думаю, что Путин просто оттягивает время. Сейчас Украина ослабнет. Он раздувает изнутри общество. Мы же видим, насколько сейчас общество расшатанное, насколько мы не готовы сейчас объединяться. Если где-то в каких-то частицах мы понимаем и будто объединяемся в какие-то там общественные волны, в какие-то там общественные объединения, то в общеполитическом пространстве мы настолько разбиты, просто растянуты. И это беда для нас.
Потому что Путин попробовал сначала взять нас нахрапом – не получилось. Споткнулся об добровольцев, волонтерское движение. Не получилось. Начал из-за политики-так же проиграл. Проигрывал на всех фронтах – и в Европе, и на мировой арене. А сейчас он отыграется, и отыграется очень жестко. Я думаю, для нас это будет очень больно и очень большой кровью может обойтись. Не дай бог, конечно.
– А есть понимание того, о чем вы говорите, сегодня в администрации Владимира Зеленского? Осознает ли это сам Владимир Зеленский?
Конечно, люди недурны и они осознают. Просто вопрос в том, на чьем поле они играют. Я понимаю, что Владимир Александрович не играет по тем правилам, которые он ставит. Он играет по тем правилам, которые ему кто-то ставит. И тут зависит от того, что будут диктовать дальше, какова цель его прихода в президенты, от тех людей, которые его туда пропихнули.
– А в чем может заключаться эта цель?
Я думаю, что этим людям не интересна вообще Украина как государство. И они будут делать все для того, чтобы просто нас разъединить, подтянуть обратно в Россию и сделать какой-то «малороссией» или «недоросією». Конечно, мы будем сопротивляться, но это трудно сейчас.
– История с депутатом Богданом Яременко. Нас интересует политический аспект. По вашему мнению, какой должна быть правильная, дельная реакция и партии «Слуга народа», и президента Зеленского?
Богдан Яременко – я когда-то считал его умным человеком. На самом деле он очень сильно ляпнулся. И я бы на его месте лучше молчал, чем говорил. Потому что против журналистов еще никто не выиграл. Партия «Слуга народа», как они себя позиционировали перед выборами – они самые честные, самые справедливые, самые новые и самые открытые. Должно быть очень жесткое решение. Конечно, пресекаться должны такие вещи сразу на выходе. Поэтому они должны были бы попросить уважаемого депутата написать заявление, освободить его и уйти домой на пенсию или куда. То есть это должно быть очень четкое и очень быстрое решение.
Если они уже начинают ёрзать, то почему тогда смеялись с предыдущих парламенте? Я не понимаю этого, для меня это странно, почему мы подлавливали одного депутата, второго депутата, и смеялась вся страна. А тут мы уже вроде и не должны смеяться.
– Почему тогда реакция большинства «слуг народа» была настолько дерзкой на скандал, который уничтожает, по сути, международную репутацию страны? Почему они аплодировали выступления Богдана Яременко, когда он обрушился с критикой на журналистов и обвинил их в этом?
В большинстве партия «Слуга народа» — мы же видели, кто туда заходил. Там и эксрегионалы, и половина реально антиукраинских элементов, для которых Украина вообще ничего не значит, половина «гопников». Там очень много таких людей, я вообще не понимаю, как они попали в парламент. Поэтому здесь нет ничего удивительного. Для меня лично перестало быть чем-то странным партия «Слуга народ» после того, как они освистали мою сестру Яну Зинкевич. Это народный герой Украины. Я горжусь знакомством с ней. Я горжусь тем, что я ее знаю. И имеет отношение к подразделению, в котором я воевал, – она также боец Украинской добровольческой армии. Чему тут удивляться? Они освистывают народного героя и тут же хлопают какому-то извращенцу, который переписывается во время работы с какими-то там девушками.
— Вы как тернополянин знаете подробности истории, которая произошла на этой неделе. Я имею в виду визит президента Зеленского в ваш родной город. Или вы видели это своими глазами, как это произошло
Конечно, видел. Потому что мы также с ребятами пришли, с ветеранами, с собратьями. Вообще планировалась не такая акция. Планировались конкретные вопросы к президенту. Если бы охрана не начала его тащить практически по коридору бегом, то, возможно, нам бы удалось с ним пообщаться в самом начале, когда он только заходил. Потому что перед зданием также стояло очень много людей, очень много ветеранов, активистов, с которыми он успел пообщаться. Но при входе в администрацию стояло где-то пять женщин постарше, которые начали скандировать ему «Молодец!»То есть стоит 150 ветеранов в холле, которые хотят с ним очень жестко поговорить на тему отвода войск и так далее. И тут стоит пять проплаченных … не знаю. Но эти бабки начали скандировать «Молодец!»Соответственно, ветераны сразу сорвались и начали кричать «Позор!»И его просто охрана пронесла.
Потом эти самые стоявшие бабушки они перешли на другой коридор. И они начали нам кричать. Мы стояли в форме, мы стояли с шевронами. И они нам начали кричать «Позор!»Я к ним два раза подходил. Говорю: «Вы нам, ветеранам, кричите «Позор!»Они говорят: «Да». Они два раза это сказали. О чем мы говорим? Какой электорат у Владимира Александровича?
Хочу отдать должное его службе безопасности. Вышли ребята и сказали: «Давайте, инициативная группа среди ветеранов, мы вас подведем. То есть вы сможете задать несколько вопросов». Нам удалось пообщаться. И мне, в частности, также удалось пообщаться. Конечно, облепила охрана как сельодка со всех сторон, что даже руки вот так держали, что не мог даже двигаться.
— А встреча проходила где?
В тернопольской администрации. Мы поднялись на третий этаж, нас провели.
– Это было в кабинете?
В коридоре. Он выходил с заседания и просто остановился для разговора. Это были мои собратья из «Правого сектора», из партии «Свобода», и я также. Я спросил за Яну Зинкевич. Он сказал, что он не знает этой ситуации, и он будет изучать ее якобы. И я спросил, как будет действовать президент, если враг не будет придерживаться тех договоренностей, которые сейчас достигнуты, и зайдет на наши позиции. Он также будто отошел от той темы. Единственным плюсом могу ему поставить – что два раза его переспросил: Крым и Донбасс – это Украина? Он сказал «да». Вот такой был разговор.
– Насколько президенту было неприятно услышать такую реакцию со стороны тернопольчан. И вообще, какой была его реакция на это?
Это следствие их так называемых надуманных, наигранных, в интернете наверное нарисованных безумных успешных предвыборных кампаний и очень неистовой поддержке президента. Он растерян. Я смотрел ему в глаза, я с ним общался – он постоянно отводит глаза, он не может говорить прямо в глаза. А это говорит о том, что человек просто теряется. Конечно, после этого холодного душа, я думаю, они бы должны были сделать некоторые выводы в своей политике. Потому что данный момент они двигаются не туда. Вообще не туда.
Потому что сейчас увольняется очень много людей из государственной службы, при том, что офис президента увеличивается, расходы на офис президента увеличиваются. На государственный аппарат в Киеве, в столице на его содержание увеличивается. А региональные все государственные службы сокращаются. То есть даже приняли позорный закон, когда женщин из декретов увольнять разрешается. То есть увольняют людей, которые находятся в декрете. О чем мы дальше говорим?
– Во время прошедшего на прошлой неделе скандального общения президента, помните, в Золотом с ветераном, когда президент к нему обратился достаточно пренебрежительно на «ты»? Эта манера президента общения с ветеранами претерпела какую-то эволюцию? С вами как он общался на «ты» или на «вы»?
Мы дали слово ребятам из его охраны. Они представились, они сказали, что также участники боевых действий. У нас между собой есть очень серьезное уважение, поэтому мы дали им слово, что мы не будем хамить, мы не будем «тыкать», хотя очень хотелось. На самом деле очень хотелось «ткнуть». Потому что президент задал этот темп. И для меня, например, это был шок. Я никогда не смотрю его видео, не просматриваю эти скандалы. Я вообще не переношу этого всего, где он пробует вызывающе общаться с людьми. Но это был холодный душ для меня лично.
И он получил в Тернополе ответ – такой холодный душ от общины. Ну как можно говорить «я нормальный пассажир»? Это же президент страны. Это вообще шок. Я это смотрел, я три раза пересматривал. Я не верил. Я думал, что это монтаж. Я не мог себя успокоить. Это президент Украины, за которую я воевал, за которую я воюю, за которую мы положили кучу ребят. И он говорит «я нормальный пассажир». Что это за манера? Я не понимаю. Почему мы удивляемся партии «Слуга народа», если президент говорит «я нормальный пассажир»?
– Кадровая политика президента, в частности, в вашем регионе. Президент назначил нового главу областной администрации. Кроме того, что он занимался каким-то небольшим бизнесом и является давним поклонником «Квартала 95», о нем ничего не известно? Он является публичным, широко известным человеком на Тернопольщине?
Нет, он не является публичной личностью. Поэтому критиковать его мы пока что не можем, не можем ему что-то предъявлять. Да, он бизнесмен, я его визуально знаю. Так, он имеет какой-то бизнес. Они давно дружат, я так понимаю, семьями с президентом Украины. Там сейчас пробуют на него какую-то грязь лить, но я бы сказал не спешить, потому что давайте сначала посмотрим, что человек предложит. Он только назначен. Что с него уже можно требовать?
А в общем за кадровую политику хочется спросить. Кумовство, сватовство, родственники, друзья и так далее. У нас вся Верховная Рада, у нас все направления провластные сейчас занимают кто? Занимают кум, сват, брат и так далее. Мы смеялись с предыдущих властей, мы смеялись, мы кричали «измена» на всех каналах. А сейчас вроде так и должно происходить? Назначаются люди … тот самый Сергей Сивохо-кто он?
– Что вы думаете о назначении человека с его опытом на должность советника по вопросам реинтеграции и деоккупации Донбасса? Насколько он квалифицирован?
Я знаю лично Кривоноса. И когда освобождается Кривонос и назначается Сивохо – это для меня было таким же шоком, как освобождается Супрун и остается Аваков. Поэтому я даже боюсь что-то комментировать. Как может быть человек квалифицированный, если он вообще не ориентируется в этом пространстве, он вообще не понимает, что происходит. То есть он становится на сторону тех людей, которые поддерживают врага, который поддерживают сепаратистов, которые их кормят, их одевают, их обувають. То есть он начинает их защищать. Конечно, если ты это делаешь, то делай это аккуратнее чуть-чуть, но не так напрямую. Я не знаю, как будет это происходить. Для меня это цирк, это настоящий цирк. Цирк уехал – клоуны остались. Как-то так. Не могу прокомментировать просто по-другому.
Интервью с Дмитрием Гайдуцким смотрите с 21: 11:
«ПОЧЕМУ БЕЗ ПОМИДОРОВ?»СОЦСЕТИ ШУТЯТ ИЗ «КОРИДОРА ПОЗОРА» ЗЕЛЕНСКОМУ В ТЕРНОПОЛЕ
Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter, Telegram и Instagram.