Проверки Нацсовета за публикации по «вагнергейту» — это давление Банковой на свободные медиа

Национальный совет Украины по вопросам телевидения и радиовещания назначил проверки телеканалам «Прямой», «5 канал», «Эспрессо», «Украина», «Украина24» и «4 канал» из-за распространения сведений, составляющих «государственную тайну», а именно — о спецоперации «Авеню» по задержанию российских боевиков ППК «Вагнер».

Мой субъективный вывод по этому делу является следующим:

1. Национальный совет действует по поручению Офиса Президента, согласовывая с ним каждый свой шаг. Достаточно проанализировать весь состав Национального совета, чтобы увидеть, что одна половина членов регуляторного органа была назначена парламентским «монобольшинством», а другой — непосредственно Владимиром Зеленским. Более того, руководство органа недавно было переизбрано парламентским большинством на второй срок.

2. Проверки телеканалов – это поиск Офисом Президента «крайнего» по делу «Вагнергейт».

На мой личный взгляд это попытка перенести ответственность на третьих лиц за разглашение Владимиром Зеленским государственной тайны о проведении спецоперации — белорусскому диктатору Александру Лукашенко и, соответственно, срыв этой спецоперации.

3. Назначение проверок – это новая волна преследований независимых медиа Офисом Президента руками Национального совета – на фоне строительства властями президентского частно-государственного медиахолдинга с телеканалов ДОМ, РАДА, 4 канала и, в будущем, Общественного вещания.

Уверен, что 4 КАНАЛ (принадлежит депутату от «Слуг народа») попал в перечень проверяемых Национальным советом сугубо для обеспечения «объективности» решения.
Кстати, применение санкций СНБО в отношении телеканала «НАШ» Евгения Мураева также считаю технологией, призванной скрыть настоящее наступление власти на независимые медиа и помочь ей выиграть время.

Хотя ограничение вещания  этого, на мой взгляд, российского прокси-канала, конечно, приветствую.

5. В общем, назначенные Национальным советом проверки считаю давлением на свободные медиа. Это часть процесса дальнейшего сворачивания свободы слова и утверждение авторитарного режима в Украине.

А теперь — об основаниях, позволяющих мне делать такие выводы.

Представлю их посредством вопросов, на которые Национальный совет и правоохранительные органы должны дать ответ украинскому обществу.

1. Что касается «разглашения государственной тайны», из-за которого Национальный совет преследует телеканалы. Разглашение сведений, составляющих государственную тайну, карается лишением свободы.

ВОПРОС: Было ли профильными органами возбуждено уголовное дело по факту разглашения  «государственной тайны»?

Как они определяют факт обнародования сведений о спецоперации «Авеню» в соответствии со своими полномочиями? Не являемся ли мы свидетелями того, что Национальный совет, вопреки своей компетенции, самостоятельно определил, что произошло нарушение закона?

2. В отношении уголовной ответственности государственного служащего или публичного лица, фактически «утратившего» документы или носители секретной информации. Утрата документов, содержащих государственную тайну, наказывается лишением свободы.

ВОПРОС: Если информация о спецоперации была утрачена (а потом разглашена  в эфире телеканалов), кто из представителей власти несет за это ответственность?

Было ли возбуждено уголовное дело по факту «преступления» со стороны ответственного государственного служащего?
Если нет, на основании чего Национальный совет опять же считает обнародование документов о спецоперации «Авеню» нарушением закона?

3. Об информировании Владимиром Зеленским Александра Лукашенко о тайной спецоперации украинских спецслужб.

ВОПРОС: Может ли разглашение  СМИ данных о спецоперации «Авеню» считаться разглашением государственной тайны, если эта «тайна» уже была предварительно разглашена шестым президентом Украины Зеленским главе другого государства («Вагнергейт»)?

И по результатам этого общения — спецоперация по задержанию убийц украинцев была сорвана спецслужбами Республики Беларусь?

К тому же не является ли этот разговор основанием для создания парламентской временной следственной комиссии и, соответственно, открытия против шестого президента уголовного производства?

Если Владимир Зеленский не несет ответственности за свои действия, почему ответственность переводится на медиа, которые как раз и уведомили общество о признаках нарушения закона со стороны представителей власти?

4. О роли Министерства и информационной политики в этом деле.

Контроль соблюдения законодательства о государственной тайне осуществляет Министерство культуры и информационной политики.

ВОПРОС: Если медиа нарушили закон и опубликовали  документы, содержащие «государственную тайну», почему Минкульт не предотвратил их распространение и хранение в Интернет-сети, а также в архивах телеканалов?

Напомню, эфиры вещателей до сих пор доступны всем пользователям. Не является «бездействие» МинКульта признаком того, что нарушение закона не произошло? И Национальный совет, таким образом, занимается «самодеятельностью»? И наоборот, не являемся ли мы с Вами свидетелями бездействия Министерства культуры и информационной политики в условиях утечки «государственной тайны»?

5. Относительно избирательности регулирования медиапространства Национальным советом.

Национальный совет много раз отказывался проверять деятельность телеканалов, если возможные нарушения касались норм непрофильных законов. Регулятор неоднократно настаивал на том, что проверки касаются только норм закона «О телевидении и радиовещании».

Да, Национальный совет отказывается реагировать на то, что крупные украинские телеканалы до сих пор транслируют ток-шоу, концерты, фильмы и сериалы на русском языке, вопреки закону о государственном языке, переводя ответственность на другие государственные органы. Есть и другие примеры.

19.11.2021 председатель Национального совета Ольга Герасимьюк официально отказала заявителю в проведении внеплановой проверки телеканала «ДОМ» — из-за трансляции советского фильма «Неразлучные друзья» 22 и 23 октября, содержащего коммунистическую символику — поскольку, цитирую:
«Национальный совет не наделен полномочиями применять санкции за нарушение Закона Украины «Об осуждении коммунистического и национал-социалистического (нацистского) тоталитарных режимов в Украине и запрете пропаганды их символики» (ссылка на письмо).

ВОПРОС: Почему для закона, регулирующего сохранение государственной тайны, а именно — «О государственной тайне» — Национальный совет сделал исключение?

Не демонстрирует ли Национальный совет таким образом избирательность в своих действиях и дисбаланс в регулировании деятельности государственных и коммерческих медиа, провластных и независимых медиа?

6. О правах телеканалов на распространение общественно необходимой информации.

Закон «Об информации» прямо определяет право СМИ на обнародование информации с ограниченным доступом, если она является общественно необходимой, если она является предметом общественного интереса, и право общественности знать эту информацию превосходит потенциальный ущерб от ее распространения.

ВОПРОС: Не считает ли Национальный совет, что в условиях:

А. когда представители самой высокой ступени власти в Украине разгласили государственную тайну представителю другого государства, из-за чего была сорвана спецоперация «Авеню»

Б. когда представители власти долгое время вводили общество в заблуждение, сначала отрицая факт спецоперации, затем свою причастность к ней, а также передачу секретных данных другому государству телеканалы имели право проинформировать украинское общество о том, что спецоперация по задержанию боевиков имела место и власть причастна до ее срыва? Отрицает ли Национальный совет право вещателей обнародовать общественно необходимую информацию?

И последнее. Каким образом Национальный совет в общем объеме мониторингов, на самом деле феноменально большой, как для небольшого отдела мониторинга, работу в котором до сих пор осуществляют несколько человек, а не искусственный интеллект, усмотрел признаки нарушения закона в нескольких отдельных сюжетах отдельных телеканалов?
Неужели Национальный совет специально искал эти сюжеты и его специалисты специально вылавливали отдельные буквы на демонстрировавшихся в эфирах документах?

Как происходит, что когда телеканалы не выполняют требования закона о функционировании украинского языка в качестве государственного, Национальный совет не видит этих нарушений?

А когда отдельные телеканалы, не принадлежащие к провластному пулу, обнародуют общественно необходимую информацию, Национальный совет не только «видит» эти сюжеты, но и определяет их содержащими признаки нарушения закона. Думаю, Национальному совету есть что ответить на эти вопросы.

Пока общество не получило на них основательных ответов, считаю назначение проверок телеканалам из-за спецоперации «Авеню» — продолжением скандала «Вагнергейт».

То есть попыткой власти избежать ответственности за разглашение секретных данных об операции по задержанию российских убийц представителю иностранного государства и, в результате, срыв этой спецоперации в пользу государства-агрессора.

Таково мое субъективное мнение.

Напомним, Национальный совет Украины по вопросам телевидения и радиовещания проверит ряд каналов, которые в своих программах показывали документы о подготовке в Украине спецоперации “Авеню” по задержанию наемников частной военной компании “Вагнер”, якобы из-за разглашения государственной тайны.

Ранее в эфире одного из украинских телеканалов участник спецоперации, полковник Роман Червинский рассказал, что Офис президента Украины угрожал уголовными преследованиями украинским разведчикам, которые причастны к спецоперации по задержанию “вагнеровцев”.

К слову, депутаты одобрили проект постановления относительно промежуточного отчета так называемой ВСК, расследующей возможные противоправные действия госслужащих и других лиц, которые могли способствовать нарушению суверенитета, территориальной целостности и неприкосновенности Украины и представлять угрозу нацбезопасности.

Напомним, сопредседатель фракции “Европейская Солидарность” Ирина Геращенко заявила, что Верховная Рада должна создать беспристрастную следственную комиссию по “вагнергейту”, поскольку после пресс-конференции Владимира Зеленского его ложь стала еще более очевидной.

Как сообщалось ранее, группа журналистов-расследователей Bellingcat будет обращаться в Офис президента за комментариями, чтобы получить ответы на вопрос о срыве спецоперации по захвату “вагнеровцев”.

Кроме того, эксочильник Главного управления разведки Василий Бурба заявил, что Зеленский дал указание перенести спецоперацию по “вагнеровцам”.

Ранее шеф-редактор издания The Insider Роман Доброхотов заявил, что украинские власти пытались повлиять на журналистов, проводивших расследование обстоятельств срыва спецоперации по “вагнеровцам”.

Кроме того, согласно расследованию журналистов Bellingcat, именно руководитель Офиса президента Андрей Ермак предложил перенести операцию на неделю.

17 ноября группа журналистов-расследователей Bellingcat обнародовала расследование по “делу вагнеровцев”, которого стало известно, что Зеленский был впервые проинформирован о спецоперации по задержанию “вагнеровцев” 15 июня 2020 года во время брифинга по вопросам безопасности с руководителями спецслужб.

Кроме того, именно руководитель Офиса президента Андрей Ермак предложил перенести операцию на неделю. Так, президент Владимир Зеленский признал факт проведения спецоперации по захвату российских наемников из ППК “Вагнера”, однако назвал ее “идеей других стран”.

В то же время секретарь Совета национальной безопасности Алексей Данилов заявил, что ни одного  документа о сорванной спецоперации по “вагнеровцам” в СНБО нет.

Напомним, адвокат Игорь Головань подчеркнул, что действующая власть давит на телеканал “Прямой” с помощью фейковых уголовных производств.

Также стало известно, что сотрудники ГБР начали прослушивать работников телеканала “Прямой”.

3 сентября 2020 года Национальный совет по телевидению и радиовещанию лишил “Прямой FM” лицензии на вещание.

Ранее сообщалось, что руководство ГБР требовало арестовать “Прямой” канал, чтобы прекратить его деятельность.

Кроме того, руководитель следственной группы ДБР Олег Корецкий заявил, что фактическое руководство Государственного бюро расследований в лице Александра Бабикова оказывало давление на следователей с целью арестовать телеканал “Прямой”.

Также следите за “Прямым” Facebook, Twitter, Telegram и Instagram