«Сморчок под пледиком»: Путин соскучивается

Источник: Facebook -страница автора

Три совпавшие во времени события вновь показали настоящее лицо российского режима – растерянное, нервное, физически и морально истощенное. Символом этого состояния стал образ, когда-то употребивший политолог Андрей Пионтковский: «сморчок под пледиком».

После каждого геополитического провала Путин появляется на публике в одинаковом состоянии – дрожащий, с безжизненным голосом, словно обвитый в невидимое одеяло собственного страха. Теперь этот момент настал снова.

Первый симптом – публичное унижение России в отношениях с Азербайджаном. Кремль официально признал вину за сбыт пассажирского самолета «Азербайджанских авиалиний» над Грозным, Ичкерия, и согласился выплатить компенсации семьям погибших. По данным Reuters и The Guardian, Путин извинился перед Ильхамом Алиевым и пообещал «полное содействие» в расследовании трагедии. Для Москвы это беспрецедентно: империя, десятилетиями не признававшая никаких проступков, вынуждена склонить голову перед соседом.

Азербайджанский президент не стал драматизировать, но в Баку это восприняли как победу. После извинений из Москвы прозвучал ряд «теплых» заявлений о сотрудничестве – показательное изменение тона, за которым легко считывается слабость российской стороны.

Второй фактор – внезапное перемирие между Израилем и ХАМАСом. Израильские аналитики (Haaretz, Jerusalem Post) обращают внимание на то, что договоренность состоялась после кулуарных консультаций с посредниками, среди которых была и Россия. Москва, публично поддерживающая связи с ХАМАСом, оказалась в странной роли – пытается одновременно остаться другом террористического движения и не ссориться с Израилем, от которого зависит ее дипломатический престиж на Ближнем Востоке.

Российские комментаторы пытаются выставить эту историю как «успех миротворца», но на самом деле это жест бессильного равновесия: Кремль уже не способен диктовать условия, только приспосабливается к чужим договоренностям.

Третий, менее заметный, но, возможно, самый глубокий пласт – психологический. В фоне этих событий снова всплывают слухи о болезни Путина, о ранее регулярных визитах российских спецрейсов в медицинские центры в Каспийском регионе, где работают израильские специалисты. В Баку действительно действует современный медицинский кластер, сотрудничающий с клиниками Тель-Авива. И хотя официальных подтверждений персонального лечения Путина там нет, сам факт такой зависимости от иностранной медицины создает дополнительный нерв в его поведении.

Страх за собственное тело часто оказывается сильнее страха потерять империю. Для человека, одержимого культом контроля, любая физическая слабость – сигнал для паники. Этот фактор делал Алиева более чем уверенным в своих претензиях к РФ за сбитый самолет. И именно паника ощущается в нынешних российских жестах – чрезмерно покорных, чрезмерно «человечных».

Таким образом, три разнонаправленных эпизода – извинения перед Алиевым, перемирие ХАМАС, приглушенное появление «сморчка под пледиком» – составляют один сюжет: Кремль стремительно теряет способность действовать агрессивно, заменяя силу мимикой сострадания.

Система, построенная на страхе, начинает дрожать от собственных страхов. В ней больше нет жесткой руки, только морщинистые пальцы, хватающиеся за плед.

Теперь каждый новый дипломатический шаг Москвы – это не стратегия, а конвульсия. Извинения, компромиссы, «миротворческие» инициативы лишь попытки удержать равновесие, когда мир уже видит в Путине не диктатора, а сгорбленного гриба, скрывающегося от урагана собственных преступлений.

Также следите за «Прямым» в Facebook , Twitter , Telegram и Instagram.

• Материалы, публикуемые в разделе “МЫСЛИ”, отражают мнение автора публикации, который несет полную ответственность за достоверность информации.
• Редакция prm.ua может не разделять мнения, изложенные в авторском материале.
• Владелец вебстраницы в разделе «МЫСЛИ» является автором публикации.