Три тысячи дел, топ-коррупция и когда ждать первых приговоров — судья ВАКС в интервью «Прямому»

У вновь созданного Высшего антикоррупционного суда есть три субъекта и три группы дел для рассмотрения.

Об этом в интервью «Прямому» рассказал судья Высшего антикоррупционного суда Маркиян Галабала.

Мы бы хотели вас попросить как судью Высшего антикоррупционного суда объяснить саму процедуру и рассмотрение дела, как должно проходить. Сколько должно быть, например, заседаний, сколько судей должны участвовать, каким образом это все будет проходить? Потому что мы знаем, что сейчас у вас будет 3000 дел вместо того, чтобы вы занимались только теми 190 делами, которые должно  бы вам передать НАБУ, и вы занимались бы уже непосредственно топ-коррупцией.

— Отвечая на первую часть вашего вопроса, я хочу сказать, что в целом у нас в составе суда фактически есть три субъекта, три группы дел, по которым будет осуществляться судебное разбирательство. Первый – это судебный контроль за досудебным расследованием, то есть, который осуществляют следственные судьи. Следственные судьи дают разрешения относительно обысков, в отношении предупредительных мер, в том числе содержания под стражей, в отношении осуществления негласных следственных действий, таких как прослушивание или физическое наблюдение и прочее.

Также в составе первой инстанции есть судьи, которые будут в составе коллегии из трех судей рассматривать дела по существу. То есть определять, виновато ли, не виновато ли лицо в совершении конкретного коррупционного преступления.

И третья, совершенно независимая часть нашего антикоррупционного суда – это апелляционная палата антикоррупционного суда, которая будет осуществлять апелляционный контроль как за деятельностью следственных судей, так и за деятельностью судей первой инстанции, и решать, правильно ли они применили нормы нотариального права и процессуального права.

Относительно количества дел. Действительно, пока не будет изменен закон, действующая редакция закона о Высшем антикоррупционном суде, к нам может прийти 3500 дел вместо тех 200 дел, которые мы ожидали.

Говорилось о каких-то 20-25 делах  до конца года. Можете ли вы немножко раскрыть и сказать хотя бы какие-то нюансы относительно того, о чем эти дела, чего они касаются конкретно?

— Я бы отошел от какого-то эмоционального описания этих дел и также бы отошел от любых прогнозов. Потому что любые прогнозы, особенно касающиеся каких-то обвинительных приговоров, я думаю, нецелесообразно делать судье. Поскольку каждое дело является индивидуальным и они отличаются друг от друга. Есть довольно простые дела, одноэпизодные дела, такие как дача взятки. Но есть сложные дела, в которых, например, описываются стороной обвинения какие-то сложные схемы по отмыванию денег, которые содержат  большое количество томов доказательной информации. И понятно, что рассмотрение таких дел будет занимать значительно больше времени. Вместе с тем, прогнозы по 25-м приговорам, меньшему количеству приговоров или большему количеству приговоров, вряд ли можно сделать. Однозначно, что они будут. И суд будет работать как можно быстрее, но в то же время так, чтобы при этом не терялась качество судебного разбирательства.

О резонансных делах. Можете ли вы сейчас озвучить, какие из них будут рассматриваться в первую очередь?

— Каждый судья будет сам определять паритетность каждого дела по мере их поступления. Потому что эти дела будут не в один день поступать в суд. Есть дела, которые будут поступать, новые дела от Специализированной антикоррупционной прокуратуры. А есть дела, которые будут поступать из других судов, в которых осуществляется текущее рассмотрение дела. И уже конкретный судья-докладчик, которому будет расписано дело автоматизированной системой, будет определять даты заседаний. И тут зависит от каждого судьи-докладчика. Поэтому я не могу сказать, каким делам будет предоставляться приоритет, а каким нет.

Судьи ждут решения парламента, который бы мог чрезвычайно упростить вам работу. А именно – это вопрос топ-коррупции. И господин Зеленский 8 июля вносил этот законопроект, но в парламенте не было… Как вы считаете, как быстро этот вопрос может снова появиться в парламенте, и насколько он  вам упростит работу?

— Законопроект был подан президентом как неотложный. Поэтому Верховная Рада должна его рассмотреть в кратчайшие сроки. Вместе с тем, понятно, что есть процедура рассмотрения этого законопроекта, которая предусмотрена регламентом. И желательно ее не обходить. Поэтому мы надеемся, что в ближайшее время все-таки парламент приступит к рассмотрению этого законопроекта как неотложного. Потому что это, безусловно, влияет на судьбу вообще нашей новой судебной инстанции. Более того, это влияет на судьбу тех дел, которые сейчас слушаются в судах. Потому что, если сейчас этот вопрос не будет решен, и нам придется возвращать эти дела снова, назовем так, в «родные суды», то есть в суды, в которых они начинали рассматриваться, то есть риск того, что эти дела будут вновь распределяться по-новому, распределяться на новых судей, и они могут начаться с нового рассмотрения. Это означает, что это огромное количество ресурсов, которое было затрачено уже судьями на рассмотрение этих дел в других судах, оно просто будет упущено.

Напомним, представительство Европейского союза в Украине поддержало запуск работы Высшего антикоррупционного суда (ВАКС), который состоялся 5 сентября.

5 сентября в Украине начинает свою работу Высший антикоррупционный суд (ВАКС).

Читайте также: Новая власть может вернуть времена Януковича — Порошенко о запуске Антикоррупционного суда.

Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter, Telegram и Instagram.