«Закрытая зона» о деле нацгвардейца Виталия Маркива: Новые факты свидетельствуют о том, что Маркива преследуют в угоду россиянам
Четыре года как началась война. Необычная война. Поэтому ее и назвали гибридной. Это означает, что, кроме военной, у нее есть другие составляющие: террористическая, экономическая, дипломатическая, политическая, информационная и кибер. Сложная война, разрывает Украину все эти годы, которая испытывает нас на прочность и устойчивость. Жертвами этой войны становятся не только люди, которые оказались на линии фронта. Пострадать от нее можно даже в Европе, вдали от всех гибридных событий.
История из Италии. Герой расследования журналистов «Прямого» канала с детства живет в этой южной стране, куда переехала его мама. Получил итальянское гражданство, хотя от украинского не избавился. В 2013-м, когда начались события на Майдане, вернулся в Украину. А с началом войны ушел добровольцем на фронт.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО, автор: В июле 2017 года Диана Маркив вместе с мужем — бойцом Национальной гвардии Украины Виталием — вылетела в Италию, к его родственникам.
Диана МАРКИВ, жена Виталия Маркива: Мы прилетели в аэропорт «Болонья», получили багаж, вышли из аэропорта, сели в машину, загрузили вещи. Мы отъехали где-то метров 500 от аэропорта, и нас окружили карабинеры. Виталия и отчима вывели сразу из машины, обыскали, у нас забрали документы, телефоны, все сумки забрали. Виталия забрали в машину к карабинерам, а к нам сел один из карабинеров. Далее мы все поехали в отдел.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО: Диану и родственников Виталия Маркива отпустили, а его самого задержали по очень серьезным обвинением. Власти Италии обвинил Виталия Маркива в том, что в 2014 году под Славянском он якобы убил итальянского фотокорреспондента Андреа Роккелли. Ситуация осложнилась тем, что у Маркива двойное гражданство — Украины и Италии.
Диана МАРКИВ: Они не воспринимают это как гражданскую войну. Полагают, что солдаты, которые сейчас на востоке, — это не регулярная армия, а это люди, которые добровольцами собрались неизвестно откуда и пошли воевать против мирных жителей. Поэтому дело довольно абсурдно.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО: Защищать Маркива сразу вызвался известный адвокат, в прошлом депутат итальянского парламента от Forza Italia Раффаэле Делла Валле, приближенный к другу Путина, Сильвио Берлускони. Странное совпадение.
Виталий Маркив уже много месяцев в итальянской тюрьме. «Закрытая зона» решила разобраться в этом деле: действительно ли мог Маркив быть причастным к гибели фотокорреспондента Андреа Роккелли, что стоит за этим делом, и хотят ли его использовать отдельные итальянские политики?
Среди прочего итальянский юстиция обвиняла Маркива в том, что он якобы был участником незаконных военных формирований.
Раффаэле Делла Валле, адвокат Виталия Маркива: Сторона обвинения настаивает на том, что он принадлежал к гвардии, которая не является регулярной, был капитаном, и он дал приказ стрелять, вызвав гибель Андреа Роккелли, направив выстрелы в его направлении из многочисленных видов огнестрельного оружия. Следовательно, около 20 залпов из миномета.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО: Это неправда. Вот военный билет Виталия. Он был бойцом батальона Национальной гвардии, который сегодня носит имя генерала Кульчицкого. Это подразделение весной 2014-го заняло позиции на горе Карачун.
Роман ЛЕОНОВИЧ, командир 27-й отдельной бригады Национальной гвардии Украины: На одном из постов Виталий Маркив и нес службу, охраняя и защищая данный объект, не проводя никаких разведывательных действий, наблюдательных действий. Только в пределах поста.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО: Война на Донбассе привлекла внимание журналистов со всего мира. Большинство оказалось на контролируемой Украиной территории, однако были и такие, которые пошли на другую сторону. Андреа Роккелли — среди последних. Вот момент гибели итальянца, снятый на его камеру. Он снова на позициях террористов, причем в момент боя, когда те ведут огонь. К тому же, на Роккелли не было никаких опознавательных знаков, что он журналист. То есть гибель Роккелли — вовсе не убийство журналиста. Итальянец сознательно подверг себя риску, оказавшись на поле боя в одном окопе с представителями незаконных вооруженных формирований, без опознавательных знаков.
Но мог ли иметь к его гибели любое отношение Виталий Маркив? Место гибели Роккелли — недалеко от железнодорожного переезда. Видно гору Карачун, на которой подразделение Виталия. Однако она довольно далеко — 1850 метров. Переезд был заблокирован товарными вагонами, поэтому визуального контакта не было. Кроме того, позиция Виталия Маркива была нацелена совсем в другую сторону.
«Крым», боец батальона им. Кульчицкого: Этот человек не мог убить итальянского журналиста Роккелли именно в том месте и именно в то время. Для меня это понятно, потому что я находился с ним. Я в этот день его видел.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО: Стрелять из другого вооружения Маркив не мог, не мог и корректировать огонь артиллерии, как это пыталось изобразить обвинения в Италии. Так кто же тогда виноват в гибели Роккелли? Возможно, другое украинское подразделение. А возможно, и это вероятнее, сами пророссийские боевики.
Война на востоке Украины не совсем обычная, а гибридная. То есть, кроме военной составляющей, применяется также информационная. В этом контексте гибель украинского журналиста была крайне выгодна российской стороне. В этой истории много странного. Прежде всего — поведение итальянских органов правопорядка, которые практически игнорируют все обращения украинской стороны в этом деле.
Роман ЛЕОНОВИЧ: Расследование данного дела невозможно без привлечения специалистов-следственных и правоохранительных органов украинского государства. Но они с нами не общаются.
Богдан МАТКИВСКИЙ, бывший командир взвода батальона им. Кульчицкого: Можно говорить о том, что позиция Италии на сегодняшний день непонятна. Сколько времени прошло — нет решения, нет согласования на сотрудничество с Украиной. Убежден в том, что все же это этот уровень местного самоуправления. Потому что именно в провинции, где проживал Андреа Роккелли, сосредоточено больше пророссийских сил, а также по позиции Крыма на сегодняшний день они единодушны — что это так и должно быть.
Сергей СКОРОБОГАТЬКО: В результате последних выборов большинство в парламенте Италии получили «евроскептики» — так называемые друзья Путина. Среди них и партия бывшего премьер-министра Сильвио Берлускони Forza Italia, в которой, напомним, относится и нынешний адвокат Виталия Маркива, Раффаэле Делла Валле. Еще один странный момент — господин Делла Валле категорически не захотел с нами общаться. Жена Маркива отказала нам в возможности задать несколько вопросов напрямую самому Виталию. Несмотря на то, что она каждую неделю с ним общается в телефонном режиме. Отказ объясняется запретом того же адвоката. Наши источники утверждают, позиция защиты в последнее время изменилась — адвокаты вроде рассматривают возможность определенной сделки с обвинением. Но не станут ли результатом этого компромисса свидетельство подозреваемого против других подразделений украинской армии. Дело Маркива — однозначно продолжение гибридной войны. Теперь в Европе.
Владимир Арьев, ведущий: В последние дни появились новые факты, свидетельствующие о том, что итальянские политики и правоохранители организовали преследование Маркива специально в угоду россиянам.
— Ваше заявление, основывается на конкретных подозрениях того, что итальянская сторона начинает играть в «договорняки» с российской стороной?
Антон АНТОНИЩАК, народный депутат Украины: На самом деле у меня это впечатление сложилось еще полгода назад. Когда я летал в Италию, и меня допрашивали в качестве свидетеля защиты, я привез с собой 13 нормативно-правовых документов, переведенных на итальянский язык, которые полностью нивелировали их нелепые обвинения. И у меня сложилось впечатление, и это впечатление сейчас усилилось, в частности, публикациями в итальянской печати в двух ведущих изданий, непонимания ситуации. Они напрямую говорят, что у нас профашистский режим, пробандеровской режим, у нас гражданская война. Что те люди, которые воюют, русские наемники, войска РФ регулярные, наемники, воюющие на той стороне, — что они, оказывается, освобождают свою землю. Это напрямую вмешательство во внутренние интересы украинского государства.
Я имею статус свидетеля, но я боюсь его лишиться. Потому что за любое лишнее слово меня его лишат. Поэтому я скажу так. При допросе, мягко говоря, следователи прокуратуры и карабинеры вели себя очень некорректно, совершенно не поняли те процессы, которые у нас происходят в Украине. И чего вообще стоит только один вопрос: а кого вы считаете сепаратистами — тех людей, которые любят Россию? На что я ответил: Скажите, пожалуйста, те люди, которые любят Сицилию и будут выступать за отделение Сицилии, вы их кем будете считать?
Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.