Лента новостей

Годовщина вторжения России в Грузию: бесконечный урок и безальтернативность евроатлантического выбора

Годовщина вторжения России в Грузию: бесконечный урок и безальтернативность евроатлантического выбора

Десять лет назад началась война России против Грузии. Отголоски этой войны до сих пор живут на Кавказе: «плавающие» границы, российские миротворцы, разделенные общины и семьи. Почему начался этот конфликт и какое отношение он имеет к современным событиям в Украине?

С начала августа 2008 года на территории самопровозглашенных республик Южной Осетии и Абхазии начался новый этап давно тлеющего конфликта. После войн конца 1990-х годов на их территории оставался российский военный контингент, «поддерживал мир и порядок» в регионе. Новая власть Грузии во главе с тогдашним президентом Михаилом Саакашвили взяла курс на окончательное решение территориального вопроса. В ответ на это уже с 5 августа российские войска стали массово заходить на территории самопровозглашенных республик, и с началом грузинского наступления 8 августа они развязали полномасштабную агрессию против Грузии.

Конфликт привел к значительным разрушениям и многочисленным жертвам — были почти уничтожены города Цхинвали и Гори, подверглись значительным разрушениям Поти и Зугдиди, были сожжены множество грузинских сел, погибли сотни мирных жителей и десятки тысяч стали беженцами. Только благодаря активному посредничеству Европейского Союза и лично президента Франции Николя Саркози Россия согласилась пойти на переговоры и подписать 16 августа мирный план урегулирования (известный как план Саркози-Медведева). Однако Российская Федерация фактически добилась своего: Осетия и Абхазия де-факто были оторваны от Грузии и существовали как квази-независимые государства (хотя до сих пор не признаны мировым сообществом), Россия утвердилась еще раз как основная военная сила региона, и шансы Грузии в ближайшем будущем вступить в НАТО значительно уменьшились.

Именно последний аспект может предоставить определенную геополитичность этому противостоянию. 2008 год был знаковым для постсоветского пространства: на саммите НАТО в Бухаресте в начале апреля 2008 года Грузия и Украина вели переговоры по вступлению в ряды Альянса. Известный в прессе как саммит «больших надежд», Бухарестский саммит принес Грузии План действий по членству в НАТО — первой среди всех республик Советского Союза. И хотя в том году Украине было отказано в предоставлении ПДЧ, грузинский сценарий стал тревожным звоночком для российской властной верхушки, которая очевидно начинала терять свое до этого неоспоримое влияние в регионе. Вновь возрождался старый страх «окружения НАТО» и жизнь в осаде врагов.

Многие говорят о том, что для Украины сегодня важно рассматривать войну 2008 года, прежде всего, как хрестоматийный пример войн нового типа. Прежде всего, потому, что это «не государственность» войны. В обоих случаях стороной конфликта выступали так называемые «силы самообороны» самопровозглашенных территориальных формирований, которые при поддержке регулярных частей вооруженных сил РФ фактически прикрывали собой настоящего агрессора и выгребали весь жар за него. Во-вторых, реакция партнеров и союзников. Без соответствующих союзных обязательств не стоит надеяться на действенную и практическую помощь извне: мало у кого есть желание напрямую бороться с Россией, даже изолированной и ослабленной.

Также эксперты говорят и о том, что после событий 2008 года российская угроза была явно недооценена Украиной и ее политическими кругами. Пример Грузии наглядно показывал, что в одиночку противостоять России крайне трудно, а потому очень необходима была интеграция в западные оборонительные альянсы. Надежды на общую солидарность мирового сообщества довольно недальновидны, ведь Запад не склонен активно реагировать, не имея соответствующей договорной базы или прямого интереса.

На сегодня наша страна уже стоит на пути активной северо-атлантической и европейской интеграции, однако в то же время она еще находится в конфликте со своим северным соседом. 2008 явно убедил Путина в его возможности продолжать проводить политику сильного большого соседа в регионе, однако именно евроатлантические устремления Украины должны помочь убедить его в обратном.

Подготовил Александр Краев

Также следите за «Прямым» в FacebookTwitter Telegram и Instagram.