Омелян о работниках и родственниках в РФ: В Украине гораздо экологичнее и безопаснее, чем в России

Ближайший год — это строительство новых аэропортов, «Евроколея» и платные автобаны. О таких планах рассказал глава Министерства инфраструктуры Владимир Омелян на «Прямом».

— Почему дороги в Украине дешевые и такие плохие?

— На самом деле плохие дороги — это те, которые не отремонтированы. Те дороги, которые ремонтируются, они имеют абсолютно другое качество и мы даем на них минимум пятилетнюю, а со следующего года на все дороги Украины — десятилетнюю гарантию. Мы имеем дешевую цену и мы имеем скорость. Ибо фактор, о котором забывают, строительство автобана в Германии занимает минимум 5-7 лет. Та же история и в Польше. Пока что мы можем себе позволить в течение двухлетнего периода. Год готовится документация, проводятся тендерные процедуры, год строятся дороги. Поэтому мы здесь тоже быстрее и лучше делаем. По стоимости — действительно мы имеем очень низкую стоимость на европейском континенте. И я рад, что благодаря украинским компаниям, иностранным компаниям, работающим на этом рынке, нам удается их удерживать. Но мы тоже должны быть объективными, что стоимость будет расти. Когда мы начинали строительные работы в 2016 году, стоимость сырьевых материалов, того же битума, щебня и всего прочего была в два раза ниже, чем есть сегодня. Рынок тоже реагирует, они видят, что спрос растет, безусловно, цена идет тоже вверх.

— В Украине дороги строят и иностранцы?

— Безусловно да. Мы очень рады, что мы работаем со многими компаниями. Это и турецкие, и китайские. В этом году это азербайджанская. Рынок открыт. Мы всячески стимулируем конкуренцию, чтобы то же было, что есть в авиации, большое количество компаний дает дешевую цену и лучшее качество.

— Господин Владимир, тогда как это происходит? Выиграет тендер иностранная компания, мы знаем, что трассу Киев-Чоп строила иностранная компания, кто тогда должен обслуживать эту дорогу? Каждый кусок должен обслуживаться в каждой области, как это происходит?

— В идеале, то что мы хотим сделать, чтобы компания, которая строила, она же и обслуживала в течение долгого периода времени.

— Как гарантийное обслуживание?

— В принципе, это немножко другое. Обслуживание это — снег, дождь, уборка, это на гарантию не распространяется.

— Нам каждый год говорят, что был снег, дождь, поэтому ямы.

— Это вызывается тем, что недобрая эксплуатация дорог, вовремя их не убирают. У нас же как: борются со снегом, когда он уже выпал. Дорогу надо готовить задолго до больших осадков на этой территории. Относительно крупных компаний. Мы всячески стараемся, чтобы их было как можно большее количество. Потому что в противном случае мы будем иметь опять ситуацию, когда ремонтирует неизвестно кто, неизвестно как и найти мы не можем.

— Кто латает дыры на трассе Киев-Чоп?

— Собственно, на трассе Киев-Львов очень четко видно, где ремонтирует Укравтодор и его службы. И это уже не лучший ремонт, не лучшая эксплуатация. И где есть компания турецкая «Онур». Они взяли полностью на свое обслуживание норматив: если есть какая-то яма, то в течение двух часов она должна быть устранена. Так происходит и это, то, что должно быть в Украине.

— Анатолий Анатолич поставил бы вопрос о том, когда построят нормальную дорогу в Кривой Рог, ведь из любой точки Украины туда добраться невозможно. Речь идет о четырех тысячах дорог, которые планируют сделать ..

— Да, мы в этом году планируем такое количество. За предыдущие два года мы сделали более трех тысяч 200 км, за год этот — это будет около четырех тысяч дорог государственного и местного значения.

Я понимаю, что каждому «болит» именно дорога, ведущая к дому. Именно с этой целью, чтобы налогоплательщики понимали, какие дороги будут строиться, например, мы разработали эту стратегию развития дорог до 2022 года. То есть четкие участки, когда и как это будет сделано. Наша цель — чтобы в течение пятилетнего периода, имея дорожный фонд в тех объемах, которые были анонсированы и утверждены правительством и парламентом, мы полностью восстановили международные, государственные, а также межобластные дороги в течение ближайших пяти лет.

— Есть определенные направления заграницу, в частности, Польшу, где делается стыдно, если честно.

— Все упирается в деньги. Здесь магия не работает. Если есть финансирование — есть дороги. Собственно за что мы бились два года до 2018 года, чтобы был дорожный фонд. Благодаря парламенту, правительству и президенту мы эту программу должны утверждать. То есть украинские дороги впервые за многие десятилетия получили гарантированное финансирование со стороны государства. Не обещания политиков, не плакать, не ленты, а четкое финансирование из государственного бюджета.

— Вообще планируются в Украине автобаны? Киев-Чоп не является автобаном?

— Он есть в отдельных участках автобаном на самом деле. То, что проходит по Львовской, Закарпатской области, безусловно, автобаном не является и с этим много вызовов. Что мы хотим сделать в этом году. В этом году мы анонсируем строительство отрезка между Львовом и Краковцем. Это должна быть платная дорога. И я надеюсь на то, что если тендер пройдет успешно, мы будем иметь начало строительства уже в 2019 году. Мы начали подготовку технико-экономической документации «Киев-Белая Церковь». Это тоже должен быть автобан в Украине, это также платно.

— Сколько это будет примерно стоить для граждан, которые едут этим автобаном?

— В случае Украины, европейских стран, где практикуются платные автобаны, стоимость километра проезда будет варьироваться между 20-70 евроцентов. Сейчас идет дискуссия. Если мы говорим о стоимости в Китае, то там примерно 20 евроцентов. Если мы говорим о стоимости в Европе, то 50-70 евроцентов. По платным дорогам мы сможем говорить утвердительно только после того, как будет проведен тендер и будем понимать, какая компания выиграла, на каких условиях.

— Сколько процентов по акцизу горючего будет идти в дорожный фонд?

— В этом году 50%, в следующем году запланировано 75%, как проголосовано в парламенте. С 2020 года это будет 100%. Мы ориентируемся, что должны выйти к 2020 году на финансирование 70 млрд гривен из дорожного фонда.

— Будем надеяться на то, что горючее не будет стремительно расти в цене.

— Для дорог это плюс, но опять же для автомобилистов это некомфортно.

— Об усилении контроля за пересечением границы с Россией, действительно было приостановлено железнодорожное сообщение с РФ?

— Нет. На самом деле сейчас мы это рассматриваем как одну из опций, реагирования на действия России в Азовском море и это то, что мы предлагаем как Министерство инфраструктуры. Именно в эти дни мы завершили полную инспекцию ситуации в Донецкой и Луганской областях в отношении нелегальных автобусных перевозок в направлении России. У нас есть четкая картинка. Я думаю, что в ближайшее время мы сможем обнародовать эти данные. Они на самом деле ничего хорошего не несут. Мы так же будем принимать меры, чтобы эти «черные» или «серые» перевозки были остановлены.

Я только что вернулся с фронта, и когда мы говорили с бойцами, то у них не было понимания, почему это сочетание еще в действии. По выбору, люди всегда имеют возможность работать в Украине. На днях я общался с руководителем американской палаты, все компании, которые работают в Украине жалуются на недостаток, нехватки людей. Пожалуйста, возвращайтесь в Украину, работайте в Украине. Если вы не хотите работать в Украине, есть страны Европейского Союза, где намного больше заработная плата (чем в РФ — ред.). Родственников? Пусть привозят в Украину. Я считаю, что в Украине намного экологичнее, безопаснее, чем в России.

— Может быть такое, что вообще сообщение с Россией будет закрыто?

— Вы видите, та же история была с авиасообщением. Была масса волн, была масса экспертов, которые предсказывали конец дней, апокалипсис. Ничего не произошло.

— Испытает ли наша «Укрзализныця» убытки?

— Никаких убытков не будет. Наоборот, мы видим, что огромный спрос на внутренние перевозки. Не хватает, люди все рыдает, что мы хотим купить билеты за 30-45 дней — нет возможности. Поэтому эти девять поездов, которые сейчас курсируют в направлении Москвы, могут спокойно использоваться после ремонта в Украине для нужд украинцев.

— Это реально сделать на законодательном уровне, поддержат ли это?

— Я думаю, что это реально сделать. Это должно быть принято решение на уровне государства, или правительства, или СНБО. Я думаю, что эти решения будут приняты.

— Мы так долго ждали Ryanair, действительно ли он здесь заработает?

— К каждом действии Министерства инфраструктуры очень много спекуляций — получится или не получится. Это как раз тот яркий пример того, что мы делаем то, что обещаем. И действительно 3 сентября мы будем иметь первый полет Берлин-Киев компании Ryanair. Я поздравляю всех украинцев, компании, потому что мы получили прекрасного партнера и украинцы получили огромную возможность дешево от 10 евро улететь в другую страну. В Берлин — от 12 евро.
Всего будет 17 направлений из Львова и аэропорта «Борисполь» в Киеве. Осенью этого года я вижу, что динамика продаж очень хорошая и я рад, что это произошло наконец. За это боролись два года. И благодаря президенту Украины удалось это сделать.

— Что делать с внутренними рейсами и ценами на них?

— Здесь труднее. Потому что они регламентируются тем, что авиакомпания должна быть минимум на 51% украинской. Над этим мы сейчас работаем. Есть компания SkyUp, которая начнет свою работу в этом году, есть технические трудности для них, но, я думаю, что первые полеты состоятся на регулярных направлениях в сентябре в этом году. Мы надеемся, что успешно будут проведены переговоры Министерством инфраструктуры еще одной компанией, которая появится на юге Украины. И я бы хотел, чтобы мы в ближайшее время получили хорошие известия от компании «Антонов».

— Цена полета из Киева в Одессу — минимум 50 евро.

— На самом деле нормальная цена, то, что мы общаемся с авиаперевозчиками, которые эксплуатируют борты не старше 5-7 лет, это порядка 500-1000 гривен на расстояние от Киева до Одессы, или Харьков-Одесса или Львов-Одесса. И этот диапазон должен быть соблюден, потому что это должна быть нормальная конкуренция, а не присутствие элитного транспорта для супербогатых людей и всех остальных, которые должны добираться или пешком или еще не известно как из одного места в другое.

— Очень трудно также купить билеты со дня на день.

— Спрос огромен. Это за счет того, что количество бортов небольшое. Мы видим, что украинцы готовы летать. Как спекулировали на том, что авиация не будет пользоваться популярностью, то сейчас спрос огромный. Для нас задача — создать условия захода компаний на внутренний рынок. Я бы хотел, чтобы и компании «Международные авиалинии Украины», «Мотор Сич» увеличивали свою мощь и SkyUp. Потому что чем больше они будут летать, тем больше возможностей есть. То что мы хотим сделать с аэропортами — тоже стратегия. Самолеты должны летать на подготовленной взлетной полосе. Они не могут летать в поле. Не будем инфраструктуры — не будет развития авиации. Поэтому сейчас государство массово вкладывает средства. То же, что мы сделали с дорогами. Появился дорожный фонд, появилось строительство дорог, оживилась экономика.

— А инвесторов приглашать?

— Инвесторов возможно приглашать, но это в случае строительства терминалов и сопутствующей инфраструктуры. Взлетная полоса — это дорогое удовольствие. В нашем случае это тоже гораздо дешевле, чем в Евросоюзе, но это минимум 2 млрд гривен на взлетную полосу региональных самолетов.

— Когда закончат кусок у Белой Церкви в направлении из Киева в Одессу?

— В этом году мы имеем полное взаимодействие между финансовыми институтами зарубежными, компанией-подрядчиком и Укравтодором. Мы завершим эту трассу в рамках Киевской области и в следующем году уже начнем строительство дальше в Умань и до самой Одессы. Здесь вопрос финансирования. Потому что это дорога первой категории, это четыре полосы и это большие средства. В случае Украины это дешево, но все равно это большие средства.

— Мы все равно возвращаемся к вопросу дорог. Автобаны да, но нужно, чтобы были альтернативные пути.

Опять же — финансирование. Когда мы говорим о хороших дорогах в Польше, 200 млрд гривен ежегодно — бюджет польского автодора. В нашем случае первый год мы 50 млрд. К тому же это было 6-10-20 млрд гривен.

Наконец есть системный подход, не просто латание дорог, или вообще отсутствие каких-либо работ, и кража средств.

— А что делать селам городам? Как может потянуть местный бюджет дорогу, если это маленькое село или городок?

— В этом году в дорожном фонде мы имеем 35% направленных на областной уровень. То есть мы имеем больше 11 млрд гривен для строительства дорог, в том числе и коммунальных в самих населенных пунктах. Другой вопрос, насколько готовы оказались области к этому. Мы видим очень разную динамику. Есть области успешные, есть такие, которые до сих пор не освоили средства процентов даже на 10. Это огромная проблема. Но, думаю, мы перейдем это через год-два. Люди просто должны требовать. Потому что сейчас уже руководство области, руководство районов не может сказать, что денег нет. Деньги есть, насколько они успешно осваиваются — это вопрос каждого из них.

— Каким образом люди должны требовать? Выходить, перекрывать улицы?

— Вы знаете, просто запрашивать. И опять же 10-20-100 запросов к одному руководителю заставят его тоже к действию. Со своей стороны мы максимально стимулируем и руководство области. Я часто путешествую по Украине для того, чтобы проверить реально, а не бумажными отчетами, а что происходит на самом деле. Мы хотим дать людям возможность влиять на власть непосредственно, а не апеллировать в Киев, чтобы из Киева, чтобы кто-то там потом разбирался. Должна быть прямая демократия и это может действовать спокойно в Украине.

— Когда исчезнут наземные пешеходные переходы на трассах?

— Мы над этим работаем. В этом году построены уже ряд переходов на Одесской трассе. Мы должны перейти к строительству такой развязки в районе «Чайки» на Житомирском направлении. Вопрос собственно взаимодействия с местными органами власти. Мы уже общались с господином Кличко, чтобы городской совет поддержал выделение земли для того, чтобы эта развязка была построена. Потому что сейчас банальная ситуация, просто странная, когда деньги есть, проект готов, а приступить к строительству мы не можем, потому что нет разрешения горсовета. Все будет хорошо, это не решение Кличко, а решение горсовета должно быть. Мы сейчас ждем сентября, чтобы они провели заседание.

— (Звонок зрителя) Вопрос о билетах по Одесской области. Я когда ехал, ни одного билета не выдавалось.

— Одесса — одна из лидеров, мы вводим электронный билет с этого года. Это то, что было проголосовано в парламенте в прошлом году. Электронный билет это будет абсолютно удобный вид оплаты. Вам достаточно иметь или ID-карточку, или смарт-карточку или обычную кредитную карточку. И мы будем видеть движение пассажиров. Город будет получать минимум на 30-40% больше поступлений в бюджет, так как все расчеты будут онлайн. И это так же хорошо для перевозчика. Ибо если перевозчик, который имеет более одного автобусов, ты не можешь контролировать.

— Частных перевозчиков это также будет касаться?

— В первую очередь это будет касаться перевозчиков в рамках города. И дальше мы надеемся перейти по такому же принципу и на районы и на межобластные маршруты.

— Давайте тогда перейдем к фантастике, к Hyperloop в Украине. Вы говорите, что он окупится за 12 лет, а за пять лет, возможно, и реально в нашей стране он будет, и он будет до 1200 км в час.

— На самом деле, мы должны иметь цель, к которой мы идем. Мы не можем все время жить в парадигме поломанных поездов или разрушенных дорог. Мы верим, что в течение пяти лет мы завершим ремонт украинских дорог, мы понимаем, что в течение пяти лет железная дорога будет изменена. Вопрос, что дальше для страны. Собственно проектом Hyperloop мы показываем, что фантастические сегодня проекты возможны, но в свое время фантастикой была и авиация, и космос. И мы над этим работаем серьезно, потому что это уникальная возможность для украинских компаний заявить о себе вслух на внешних рынках. Дело не только в самом проекте Hyperloop, дело еще в том, что во время его реализации мы сможем получить новые технологии, новые сплавы, новые конструкции, новые темы двигателей и это все предложить миру.

— Эта реальность для Украины когда возможна?

— Она для Украины возможна в течение 5-10 лет. Не надо питать иллюзий, что сейчас из районного пункта все будут ехать в другое село. Этого не будет. Потому что это действительно стоящий проект. Речь идет в первую очередь о коридоре, соединит Балтику и Черное море. Мы должны иметь высокую интенсивность груза и пассажирского движения для того, чтобы понять, что этот проект окупаемый. В случае Украины мы имеем все возможности для этого.

— Сколько нужно потратить денег? Вы говорите, что за 12 лет это окупится.

— Это не мои подсчеты, а подсчеты Hyperloop Transportation Technologies — это 12 лет. Это действительно рекорд по стоимости среднего билета, это сейчас трудно говорить, потому что комбинированная стоимость и груза, и пассажира. И опять же цену будет диктовать рынок, если авиация будет супердешевой, если железнодорожное сообщение, которое на самом деле является очень дорогим, будет супердешевое, тогда будет цена одна. Маск, кстати, прорекламировал цену в одном городе в Штатах — 1 доллар. Но он забыл добавить, что это дотируется из местного бюджета.

— Единственный транспорт, о котором мы сегодня не поговорили — это водный. В каком он сейчас состоянии?

— Для нас сейчас вопрос номер один — чтобы был принят в парламенте закон о концессии, чтобы мы наконец получили стратегических инвесторов в морской отрасли Украины на нормальных принципах открытых, рыночных. Чтобы не было злоупотреблений арендных или скрытых в приватизации. Когда нам это удастся, мы сможем перейти к тому, чтобы украинские государственные порты имели эффективных управленцев, не так как сейчас, когда многое происходит за закрытыми дверями. Мы видим хорошую динамику. Мы видим, что по реке есть существенный плюс: за первое полугодие этого года показывает 20% роста. Но нам надо больше. Нам надо, чтобы закон о внутренних водных путях был принят. Потому что это целая новая индустрия, которая влечет за собой не только речные перевозки, но и судостроительную отрасль, новые рабочие места для украинцев.

— На ближайший год, какие задачи вашего Министерства?

— Ближайший год — это строительство новых аэропортов. Мы очень хотим, чтобы программа была принята, чтобы было финансирование и начали строительство еще минимум пяти со следующего года. Возможно, проект «Евроколея», которая соединит Одессу, Киев со Львовом и получим новый транспортный коридор — грузовой и пассажирский. Мы должны в следующем году сделать технически-экономическую документацию этого и перейти на поиск финансирования инвесторов. Нам необходимо начать строительство платных автобанов и, я надеюсь, со следующего года мы сможем перейти предметно к автобану, который соединит Херсон, Николаев, Одессу. И в автобусных перевозках надеюсь, что совместными усилиями правительства и перевозчиков мы сможем перейти к качественному новому подвижному составу, к качественным автобусам типа Neoplan, которые будут на украинских дорогах.

Министр инфраструктуры Украины Владимир Омелян в программе «Ситуація» на телеканале «Прямой» заявлял о том, что решение о возможном блокировании железнодорожного сообщения с Россией, является одним из контрмер на российское давление в Азовском море. «Я искренне не понимаю, что украинцы могут делать в отсталой феодальной стране, ведущей войну с Украиной», — заявил Омелян.

Напомним, по словам Владимира Омеляна в ближайшее время не планируется восстановление железнодорожного сообщения с оккупированным Крымом.

Также следите за “Прямым” в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.