Парадокс Порошенко и угроза реванша в Украине — Владимир Фесенко на «Прямом»

О политическом будущем Юлии Тимошенко и Петра Порошенко, перспективы проведения реформ в Украине, возможность реванша пророссийских сил и будущие отношения с РФ.

Об этом и многом другом рассказал известный политолог Владимир Фесенко в программе «Подія Вересня» на телеканале «Прямой».

О вероятности досрочных парламентских выборов

Это конспирология. Точного ответа мы не знаем. Это может быть утечка реальной информации, а может быть целенаправленная утечка фейковых новостей, направленной на то, чтобы отвлечь внимание или направить сигнал на конкретный объект. На мой взгляд, скорее всего, был обмен сигналами. И сегодняшняя новость, пока тоже конспирологическая: якобы договорились о создании определенной коалиции вокруг президента, а в перспективе это будет совместный партийный проект. Я думаю, что обмен сигналами был связан с тем, что шла торговля участников этого совместного проекта.

О рейтингах Порошенко и Тимошенко

— Насколько это правдивая информация про рейтинг президента? Тимошенко будто-бы выигрывает безоговорочно на всех важных каналах.

Про «безоговорочно» — я бы с этим не совсем согласился. По некоторым опросам, она лидирует. Но отрыв от Порошенко, даже по тем опросам, где она является первой, и есть другие опросы, где немного опережает Порошенко, — так вот, там, где она лидирует разрыв несколько процентов от 2 до 3%, иногда чуть больше. И то, когда считают тех, кто определился. А у нас такая ситуация специфическая и типичная в то же время: у нас от 20% до 35% не определились сейчас, за кого будут голосовать на президентских выборах.

В чем парадокс ситуации? Отношение к власти критическое у нас всегда. У каждого президента рейтинг начинает падать уже во второй половине первого года президентства. Это железная закономерность. И нет исключения из этого правила. Кроме того, война очень тяжелая, экономический кризис, падение уровня жизни. Было бы странно, если бы при таких условиях не было критического отношения к власти. Удивляет другое. Один из парадоксов связан с Порошенко. При всей критичности отношения к нему, но он один из двух фаворитов президентских выборов. Можно спорить, кто на первом месте — Тимошенко или Порошенко, — но точно два главных фаворита.

Но я посмотрел по опосредованным показателям: большинство его сторонников — те люди, которые ему не доверяют. Фанатов там не так много. Там где-то 3%. Они не полностью доверяют, но готовы за него голосовать. Потому что для них лучше Порошенко, чем Юлия Владимировна. У Юлии Владимировны достаточно высокий антирейтинг, и уже давно. И в чем может быть ее проблема? Если она станет президентом, то, в отличие от Порошенко, сразу будет значительное количество людей, которое будет к ней относиться достаточно агрессивно. А вот у Порошенко ситуация такова, что за него готовы голосовать те, кто не хочет реванша представителей бывшей Партии регионов: Бойко, Рабиновича … Не важно. Главное, чтобы не было реванша. Не хотят Ляшко и не хотят Юли. Пусть будет уже проверенный. Он — за европейскую интеграцию. К нему есть много критических претензий, но нас устраивает тот политический курс, который он олицетворяет. Пусть он уже его и дальше продолжает.

— Когда я разговариваю с людьми, похоже на то, что Тимошенко — вчерашняя. Это политика конца 90-х, начале 2000-х. Тогда она была на коне. А сейчас после тюрьмы она не может поймать ту волну современности.

В 2014 году именно поэтому она и проиграла в тех президентских выборах. Потому что Порошенко воспринимался как политический лидер, более адекватной той критической ситуации, по этому политическому моменту, по всем разным качествами. Тогда это считалось огромным плюсом: что человек был успешен в бизнесе, имеет и государственный опыт, и политический. А вот Юлию Владимировну считали человеком вчерашнего дня украинской политики. Затем она поймала оппозиционную волну, связанную с тарифами. И она частично восстановила свою популярность. Но частично. Ведь ее нынешние рейтинги меньше, чем были, например, в первом туре президентских выборов 10 года: тогда 25% было, а сейчас даже от тех, кто будет участвовать в выборах, кто определился, — до 20%. А так реально — немного меньше. А если брать парламентские выборы седьмого года — там было 30%. То есть она потеряла значительную часть своих бывших избирателей. Ее воспринимают как явление вчерашнего политического дня.

— А я жду, когда Путин обвалится.

Там это уже начинается. Возникает синдром, о котором сами россияне, русские коллеги говорят, что это «синдром Брежнева». Его (Путина — ред.) начинают, но пока меньшинство, воспринимать как Брежнева. Он для некоторых, особенно для молодых, всю жизнь одно и тоже. Они молоды, они хотят чего-то нового, какого-то обновления. А здесь один и тот же чувак — все их жизни.

И вот для Юлии Тимошенко эти президентские выборы — это последний шанс реально. Потому что в середине 2020-х годов уже появится то самое новое поколение. Нет лидеров харизматических. А здесь они могут появиться. Все же за пять лет, я думаю, кто-то появится. И придут в тот возраст, когда уже их будут воспринимать более серьезно. Потому это будет не ее время. Она — в плену времени.

Про перспективы реформ в Украине

— Можем ли мы говорить сегодня, что условно на 2024 реформы станут необратимыми, что уже конец Советскому Союзу, конец дружбы с Россией в том режиме, в котором она была?

Здесь я и не такой пессимист, и не такой оптимист. Потому что наши реформы идут определенными волнами, рывками какими-то. Это, к сожалению, наша траектория развития. И здесь тоже могут быть такие ситуации. Еще срабатывает логика этих политических и электоральных циклов. Окно реформ откроется, когда можно будет сделать много и сделать новый рывок, сразу после парламентских выборов. Даже не после президентских, а после парламентских. Полгода, возможно, немного больше — надо к этому подготовиться и сразу запустить новый цикл реформ. Затем начинается политическая борьба. И может быть попытка реванша, и тому подобное.

Поэтому я думаю, что мы будем двигаться по этому пути и дальше. Главное другое — чтобы нам курс реформ указывали не в Брюсселе или Вашингтоне, а чтобы его все же сама страна выбирала: и наши политики, и хотя бы часть нашего общества.

В чем сейчас проблема? Потому что начинаются определенные реформы — конфликт интересов всегда будет. Но тот факт, что некоторые реформы нам указывают из Брюсселя или из Вашингтона, это сразу вызывает критическую реакцию. Здесь еще и популизм появляется: та же аграрная реформа или медицинская. И, к сожалению, это немного деформирует ситуацию. А вот определенный консенсус внутри нужен.

Сейчас даже главный выбор не в том, кто там — Петя или Юля — а в другом: кто возглавит правительство после парламентских выборов и кто там будет заниматься реформами. Нужно, чтобы был круг реформаторов, чтобы двигали этот процесс дальше. Я думаю, что мы будем двигаться вперед.

Про отношения с Россией

По России. Вернуться к старым отношениям с Россией, думаю, уже не получится. Все. После Крыма и Донбасса это нереально. Но, если, например, вдруг миротворческая миссия или какие-то другие действия, вдруг прекратятся боевые действия, то значительная часть общества выдохнет: Крым мы не признаем российским, но давайте немного забудем, и давайте снова бизнес делать с Россией, давайте снова дружить, «братской народ», соседи … давайте жить без конфликтов. Такой вариант тоже возможен. И тогда в чем будет драма?

Тогда конфликт будет не в Донбассе, а конфликт будет внутри общества: когда одна часть будет патриотическая и будет отвергать любые компромиссы, какие добрососедские отношения с Россией, а другая часть — давайте все же не воевать.

Такой конфликт, я думаю, у нас будет и дальше. И это новый идеологический конфликт будет. Не пророссийский и антироссийский, а скорее — как нам дальше быть с Россией, как жить рядом с ней дальше: либо торговать без особой дружбы, или все же выстраивать какую-то другую модель, где Россия воспринимается как главный противник и постоянная угроза.

О возможности «реванша» и «реставрации» в Украине

— После революции очень часто возникает реставрация. Насколько возможна реставрация в Украине? То, что после Партии регионов возникло как «Оппозиционный блок», — это может восстановиться? Насколько они могут претендовать на какое-то большое количество электората?

Я даже арифметически, почти на пальцах покажу ответ на этот вопрос. Даже по нынешним рейтингам, а они подтверждаются практически всеми социологическими центрами. Если мы будем скучать рейтинги «Опоблоку», Рабиновича, я не говорю про маленькие партии, которые ориентируются на старые ценности и на бывший электорат Партии регионов, — значит 15-17%. Идеальный вариант — это 20%. Но этого мало не то, что для реванша, но и просто для того, чтобы самим сформировать какое-то даже относительное большинство в Верховной Раде. Плюс, союзников нет. Сейчас только «Опоблок» в ВР. Если там появится еще партия Рабиновича. А там, между прочим, у них отношения непростые. Там конфликт Рабиновича и Левочкина очень сильный. Есть и некоторые другие сложные отношения. Но все равно не хватает голосов.
Сейчас баланс изменился.

С потерей Крыма и частью Донбасса бывшая Партия регионов потеряла около 5 млн избирателей. Все, нет эквилибриума, нет арифметических шансов для реванша. Но что может быть? Не сразу, я думаю, а позже может быть попытка помириться с ними или взять их в союзники, например, для установления мира на Донбассе. Или не хватает голосов для создания коалиции — а давайте договоримся. И я риски реванша вижу сейчас не столько в реванше бывших представителей Партии регионов, сколько в реванше старых практик: когда все эти сделки, бизнес-договоренности или просто старые какие-то формы решения политических проблем. Такой риск, к сожалению, есть.

— Но эти 20% через пять лет превратятся в 15%? То есть это возрастной момент, это люди старшего поколения, есть ли такие среди молодых людей?

Для того, чтобы эти 20% условных не переросли в 25%, а стали 15% или даже меньше, для этого руководители страны должны продемонстрировать убедительные успехи. Плюс, мы должны более активно европеизироваться с точки зрения того, чтобы у нас положительные, лучшие практики ЕС, западного мира продемонстрировали свои лучшие качества: правовое государство, внутрипартийную демократию, господство закона, и от остальной части мира более быстрый экономический рост. Тогда и на востоке будут больше ориентироваться на другие ценности. А если страна будет в болоте, изменений будет мало, будет неоднозначная ситуация, тогда будут смотреть — а вот как в России. Между прочим российский фактор, развитие ситуации в России тоже будет влиять на настроения востока.

Но главное, чтобы мы демонстрировали, что страна меняется в лучшую сторону. И тогда этот процент будет не в пользу реванша, а скорее наоборот. Потому что молодежь будет выбирать то, что демонстрирует привлекательность.

В принципе, не стоит зацикливаться на этих особенностях поколений. Здесь главное, чтобы были люди из разных поколений, которые все же двигали страну вперед, даже с циничных, эгоистичных соображений: хотят продвинуться как политики или бизнесмены. Но двигайте страну впервые, даже исходя из своих личных интересов.

Также следите за «Прямим» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.