Реализм невозможного: почему заморозка войны вредна для Украины

Источник: Facebook -страница автора

«Будьте реалистами – требуйте невозможного!» – этот лозунг студенческой революции 1968-го лучше всего отражает настоящую, хотя до сих пор никем не озвученную, потребность украинского общества на четвертом году великой войны.

Дело в том, что когда целеполагание в войне является не победа над врагом, а «окончание войны» путем «достижения компромисса», абсолютно невозможной становится не только победа, но и этот самый желанный компромисс.

Уставшее украинское общество после эмоциональных качелей, которые то опускались до «нас сейчас всех убьют», то взлетали до смакования ялтинского кофе, после длительного периода неуспешных для нас (хоть и не слишком успешных для врага) боевых действий разуверилось в возможности победы, хотя объективно она до сих пор остается вполне доступной.

Прекращение огня по нынешней линии фронта, с де-факто признанием потери нами оккупированных территорий, с вознаграждением врага за агрессию вместо наказания за преступление, и без всякого шанса на репарации, начало казаться не ужасным сценарием (каким оно на самом деле является), а для кого-то меньшим злом из возможного, а для других вообще чуть ли не вожделенной целью, эдакой эрзац-победой.

Я мог бы долго объяснять почему этот сценарий ни разу не «меньшее зло», тем более не то, к чему нам следует стремиться. Но дело не в этом.

Даже если представить, что быстрая «заморозка» войны по нынешней линии фронта это действительно то, что нам нужно (что не так с точностью до наоборот) – главная проблема этого сценария в том, что при таком целеполагании он заведомо нереалистичен, а цель «остановить войну» – не только позорная и немудрая, но в первую очередь недостижимая.

Война – это две стороны. И когда обе стороны ставят целью победу – настоящую, окончательную, когда враг разгромлен, а победитель диктует условия капитуляции – тогда иногда возникает неприятная для обеих сторон, но вынужденная обстоятельствами потребность в компромиссном мире.

Если же одна из сторон имеет целью победу и полное уничтожение врага, а другая заведомо даже не стремится к победе, а максимальной целью для себя определяет достижение компромисса с врагом, и считает победой уговорить врага остановиться на достигнутом – тогда компромисс становится невозможным. Ибо той первой стороне он заведомо не нужен и не обещает никакой пользы.

Какая мотивация могла бы заставить Пу остановиться? Только одна – угроза, что завтра он проиграет войну (которую сам для себя определил как эстистенциальную), и поэтому остановиться на достигнутом и выторговать относительно выгодные условия мира – единственный шанс избежать позорного поражения и наказания.

Есть ли у него сейчас подобная мотивация? Конечно нет.

Напротив, позиция Запада и за ним Украины, направленная на «остановку войны», побуждает и поощряет его продолжать наступление на фронте и уничтожение украинского тыла.

Ведь ему прямо дают понять, что никто не собирается его победить и наказать. Все, что от него хотят – это чтобы он так или иначе остановился и прекратил убивать.

С точки зрения преступника такое «щедрое предложение» не только не стимулирует прекратить совершать преступление, наоборот – стимулирует продолжать как можно дольше. Ведь если бы он не остановился, ему все равно ничего не будет за содеянное – а раз так, какова мотивация остановиться «здесь и сейчас»?

Абсолютно логичным для Кремля является продолжать агрессивную войну ровно до тех пор, пока хватает ресурсов (а их еще немного есть даже в реальной жизни, в воображении Кремля скорее всего они вообще бесконечны – что на самом деле не так, но это уже другой разговор). И только когда (или если) их не хватит, тогда (в любой момент) вернуться к щедрому предложению «заморозки» конфликта.

При хорошем для Кремля раскладе война будет продолжаться до нашего поражения – обвала фронта (что не так уж и нереально, учитывая нашу провальную мобилизационную политику), выхода россиян к Днепру и нашей капитуляции на условиях, по сравнению с которыми Стамбульское соглашение будет казаться пактом о дружбе и взаимопомощи.

При плохом раскладе Пу так и быть согласится на «заморозку» конфликта на условиях всепрощения и снятия санкций. Но не сейчас, а только когда его армия окончательно потеряет способность продвигаться вперед и занимать новые территории, а его авиация и ракетные войска по каким-то причинам не смогут больше сносить наши города. Когда наступит этот момент – через полгода, через год, два или три – а вот как сложится, Пуйлу все равно.

Главное, что в обоих случаях он ничем не рискует, и это отсутствие риска вытекает из стратегически ложного целеполагания – из тупого желания примирения с врагом вместо победы над ним.

Даже если в душе мы смирились с необходимостью досадно болезненного компромисса – для его достижения остается еще одна «мелочь»: заставить смириться с мыслью о необходимости компромисса противоположную сторону.

И как ни крути, единственный путь достичь этого – это ставить перед собой цель полный разгром оккупационного войска, очевидное военное поражение РФ в войне, освобождение оккупированных территорий и приведение армии РФ в совершенно небоеспособное состояние, а российского государства – в состояние потери управления территорией и населением.

Именно это должно быть нашим целеполаганием, и именно под это следует строить стратегию и тактику на всех уровнях. И именно под такую цель должен рассчитываться и тайминг продолжения войны и необходимое ресурсное обеспечение.

Расклад на самом деле очень простое и недвусмысленное.

Будем стремиться к «недоступной» Победе – получим или ее (и да, это возможно!), или в худшем случае вынужденный болезненный, но хоть кое-как приемлемый компромисс.

Будем стремиться к компромиссу – получим неизбежное жестокое поражение. Ложное целеполагание ведет к поражению, а сейчас мы видим именно его.

Так что работаем на Победу каждый как может, и требуем именно этого от нашей власти.

Будем реалистами – требуем «невозможного». Не просто кофе в Ялте, а парада Победы на Красной площади на фоне руины Кремля. И нет, это не бред – это единственный реалистичный путь к прекращению этой войны.

Прекращение по нынешней линии фронта, по границам 1991-го, или по Волге и Уралу – это как сложится. Но уж точно не по Днепру, Збруче или Западному Бугу.

В конце концов, мы уже не раз делали «невозможное» возможным. Надо еще раз, какими бы мы ни были уставшими.

Слава Украине!

Также следите за «Прямым» в Facebook , Twitter , Telegram и Instagram.

• Материалы, публикуемые в разделе “МЫСЛИ”, отражают мнение автора публикации, который несет полную ответственность за достоверность информации.
• Редакция prm.ua может не разделять мнения, изложенные в авторском материале.
• Владелец вебстраницы в разделе «МЫСЛИ» является автором публикации.