Российские шпионы, друзья Украины и журналистская солидарность — Екатерина Лисунова за кулисами ООН
24 октября мир отмечает День Организации Объединенных Наций, и телеканал «Прямой» и ООН связывает очень многое.
Телеканал «Прямой» уже несколько лет остается единственным украинским медиа в ООН, и во многом это заслуга Екатерины Лисуновой.
Нашему спецкореспонденту удалось почти невозможное — всего за два года работы Екатерина получила статус резидента ООН с собственным офисом в штаб-квартире. Обычно на это уходит много лет, и журналисты мировых СМИ ожидают статус резидента 10-15 лет.
— «Прямой» пока единственное официальное украинское медиа в ООН, каким образом получается такая аккредитация?
В общем, аккредитоваться в ООН может любое верифицированное, официальное СМИ. Однако, мы сейчас говорим об обычной, временной аккредитации. К примеру, во время Генассамблеи аккредитовываются многие журналисты со всего мира, но не все они работают собкорами в штаб-квартире ООН. Аккредитация на высокую неделю Генассамблеи, дается легче, но действует недолго. В то же время, если вы хотите работать постоянным корреспондентом, то процедура вашей проверки будет дополнительной. По ее результатам вам выдадут постоянную, долгосрочную аккредитацию.
Для этого нужно предоставить документы спецкорреспондента, который будет работать в штаб-квартире, официальное письмо-запрос от телеканала. Также необходимо предоставить документ от правительства США, который бы подтверждал, что вы здесь на законных основаниях. Кроме того, ваше СМИ должно направить примеры ваших сюжетов, статей, касающихся ООН. Это подтверждает деятельность вашего СМИ, и вашу общественную активность и заинтересованность в глобальных, мировых процессах.
Но и это не все. «Прямой» канал пока не только имеет постоянного спецкореспондента в ООН, но также получил собственный рабочий офис и статус резидента. Этот статус является своеобразным повышением после предоставления постоянной, долгосрочной аккредитации. Во-первых, ваше СМИ должно оформить официальный запрос на получение офиса и статуса резидента. Также, вам стоит закрепить ваш запрос сопроводительными письмами, которые бы подтверждали важность и необходимость вашего повышения. В этом случае, я должна поблагодарить за поддержку и настойчивость нашу украинскую дипмиссию, которая очень мне помогала в оформлении этих документов, и дальнейшей борьбе за получение этого статуса. Немалую тяжелую и важную работу сделал бывший пресс-секретарь постоянного представителя Украины при ООН, — Олег Николенко. Он вывел эти вопросы на уровень дипломатической важности, и умело аргументировал основные причины. В частности, речь шла о том, что Украина является страной основательницей ООН, но до сих пор не имела постоянного корреспондента и рабочего места для украинских СМИ. К слову, Олег Николенко, уже завершил свою каденцию, в качестве пресс-секретаря, но я могу сказать, что он сделал уникальный и даже исторический вклад в работу украинских СМИ при ООН. Напомню, что именно с помощью Олега, «Прямой» канал снял документальный фильм о работе украинских дипломатов при ООН. Мы его выпустили в 2018-м году.
Одним словом, благодаря совместным стараниям и упорному труду, я получила статус резидента ООН с собственным офисом за два года работы в штаб-квартире. Это очень быстро! Для сравнения, у меня есть коллеги журналисти из разных стран мира, которые ждали подтверждения статуса резидента, по 10-15 лет. Медиа-центр ООН следит за вашей работой, за вашей активностью, и проверяет заслуживаете ли вы постоянное рабочее место. «Прямой» канал отработал это право за два года. Это удивительная смесь настойчивости, слаженной работы, поддержки наших дипломатов, и всего, неподдельного везения. К слову, когда я завершила оформление запроса на статус резидента, я постоянно проверяла в ООН, как там у нас дела? Продвигается ли наш вопрос? И действительно, в медиа-центре ООН мне говорили чтобы я «успокоилась» потому что такие заявки рассматриваются по 5, 10, 15 лет. В конце концов, кроме меня, там еще огромная очередь из корреспондентов, желающих получить этот статус. Но, как видите, нам повезло, наша настойчивость дала быстрые плоды.
Среди привилегий этого статуса не только собственное рабочее место, а также полный доступ к штаб-квартиры ООН — 24 часа в сутки, 7 дней в неделю. Я в любое время и при любой необходимости могу прийти в штаб-квартиру, чтобы поработать в своем офисе. К слову, в нашем ньюз-руме есть даже специально оборудованная студия для интервью или прямых включений. Также журналисты-резиденты ООН пользуются дипломатическим входом в здание, не проходят дополнительных проверок и даже могут проводить с собой гостей без необходимости предварительной аккредитации.
— Учитывая современную пандемию, на сколько может измениться структура работы ООН?
Работа в ООН уже сейчас очень изменилась. В штаб-квартиру допускают только корреспондентов, имеющих статус резидентов. В частности, поэтому «Прямой» был единственным украинским медиа, которое полноценно освещало Генасамблею 2020 во время мировой пандемии COVID-19. Как известно, это событие стало уникальным в своем роде, и первой в истории «онлайн встречей» мировых лидеров со времен основания организации. Изменит ли пандемия работу ООН? Я думаю, что да. Но онлайн-формат никогда не заменит личных встреч и дипломатических переговоров в их классическом понимании. Дипломатия — это процесс поиска общих точек пересечения. А Генассамблея — это не только выступления лидеров в большом зале. Это также двусторонние встречи, и переговоры за закрытыми дверями, как по политическим, так и по экономическим и стратегическим вопросам. Следовательно, большинство дипломатов, с которыми я общалась, настаивают на том, что ООН нельзя переводить в «онлайн формат». Настаивает на этом и наш постпред, Сергей Кислица.
От себя замечу, что «онлайн формат» несет с собой большие риски. Напомню, что именно во время пандемии, Россия смогла организовать онлайн встречу членов Совбеза, с так называемыми «правильными крымчанами». То есть, с теми, кто поддержал аннексию полуострова.
— Какие сейчас настроения в ООН в отношении Украины?
Здесь работает неизменный принцип — все зависит от нас самих. Украина должна быть движущей силой, тогда все остальные будут отвечать на наш запрос. Но если мы не даем запроса, то и ответа не получим. Иными словами, никто не будет воевать с Россией на международной арене от нашего имени. Если мы даем слабину, то вся оборона разваливается, — потому что все держится на нас. Так и должно быть. Замечу, что при каденции 5-го Президента Петра Порошенко, Украина имела четкий вектор движения и очень укрепила свои позиции и общую активность в организации. Продвигалась также идея миротворческой миссии ООН на Донбассе. Но сегодня, к сожалению эти разговоры стихли. Посмотрим, что будет дальше.
.— Топ-3 «друга» Украины в ООН?
Это прекрасный вопрос! Вообще, я думаю, что на него лучше ответит наш постоянный представитель господин Сергей Кислица. И я обязательно его об этом спрошу! Но чисто из моих субъективных впечатлений, Принципиальнейшей и непреклонных в своей позиции, всегда была Великобритания. Хотя, кроме официальной позиции, многое зависит от личностей, и персональной харизмы дипломата. Так, к примеру, заместитель постпреда Великобритании в ООН Джон Аллен никогда не давал расслабиться Москве. Он остается заместителем уже при двух подряд постпредах и выступает от имени Лондона чаще самих постпредов. Он был заместителем при Мэтью Райкрофте, и теперь при Карен Пирс. Я брала эксклюзивное интервью у британских постпредов, но сейчас планирую интервью с их заместителем.
На втором месте, я бы поставила Соединенные Штаты. При каденции Дональда Трампа, по моему субъективному мнению, США заняли несколько эгоцентрическую позицию. Сейчас заявления американских дипломатов отталкиваются от внутренних потребностей США и имеют меньше непоколебимой принципиальности, чем это было раньше. Кроме того, американский лидер имеет личное негативное отношение к ООН, о чем он неоднократно заявлял. В конце концов, при президентстве Трампе американцы вышли из состава ЮНЕСКО, с совета ООН по правам человека, с ВОЗ. Конечно, весь мир имеет претензии и требования к ООН, но разворачиваться и уходить — это значит оставлять организацию на господствующее лидерство стран-диктаторов и узурпаторов власти, таких как Россия и Китай. Но тем не менее, США остаются нашими крепкими партнерами, хотя в моем личном рейтинге ООН, они уже на втором месте.
Третье место, я бы разделила между Литвой и Грузией. Литва на уровне речей, выступлений и заявлений никогда не забывает об Украине. Зато, Грузия может не всегда вспомнить Украину во время своего выступления — потому что у них собственная война с Россией. Зато Грузия имеет прочную антироссийскую позицию — на уровне голосования и активных дипломатических действий.
Кроме того, нашими сильными и постоянными партнерами являются Польша, и вообще страны ЕС и Западного Мира. Однако, главный партнер Украины — это наш собственный демократический, проевропейский вектор. Если мы будем его придерживаться, западные партнеры нас всегда будут поддерживать.
— Существует ли журналистская солидарность в пресс-пуле ООН?
Конечно, я всегда могу рассчитывать на помощь и поддержку других корреспондентов в ньюз-руме ООН. Здесь интересная атмосфера, своеобразный микс представителей СМИ из разных уголков мира. Здесь ты четко видишь, как мало на самом деле мы знаем об этой планете и проблемах других стран и насколько все взаимосвязано. Мы требуем, чтобы проблемы Украины знал весь мир, но сами мы мало знаем о проблемах наших соседей. К слову, когда я задаю критические вопросы по Украине, в частности во время ежедневного брифинга спикера Генсека ООН, Стефана Дюжарика, ко мне неоднократно подходили коллеги из Fox News и других постоянных медиа при ООН и искренне хвалили меня за настойчивость — часто даже спрашивают совета по Украине для их статей. Поэтому, работа спецкорреспондента в ООН — это также своеобразная медийная дипломатия на уровне ньюз-рума, переполненного международными медиа.
Как общаться с российскими коллегами в ООН?
Наилучшее общение с российскими СМИ — это отсутствие какого-либо общения. Я сразу четко определила границы: сказала, что по-русски я не общаюсь, зато могу на английском, испанском, немного на иврите и собственно,на украинском — если они одолеют. Но на самом деле, еще в начале моей работы в ООН, в 2017 году, я имела строгий опыт, который сразу показал мне, настоящий стиль работы российских СМИ. Тогда, во время Генассамблеи, съемочная группа программы «60 минут» на телеканале «Россия-1», шарила у меня на столе, чтобы узнать расписание визита тогдашнего президента Украины Петра Порошенко. Они также представлялись украинским СМИ, и откровенно спрашивали меня о расписании украинского лидера. Причем, такие смешные: говорили, что они, мол, с телеканала Интер. Ну, я и начала с ними на украинском говорить, но вижу что они ни слова не понимают. И тут мне этот парень выдает, что он, мол, из Киева и поэтому украинского не знает. Для меня как киевлянки, у которой вся семья из Киева, и мать и бабушка, это звучало как полный провал этого «Штирлица». Тогда же я познакомилась мужем Ольги Скабеевои — Евгением Поповым. Он, как оказалось, ранее был собкором в США, и ежегодно приезжает на Генассамблею ООН. Но кроме него, здесь есть и постоянные корреспонденты российского издания «ТАСС» — стараюсь быть с ними максимально осторожной.
— Как ты думаешь, много ли журналистов в пресс-пуле ООН шпионы?
Когда-то я прочитала, что настоящим шпионом должен быть неприметный человек, которого трудно представить в роли разведчика. И мне кажется, что это имеет смысл. В то же время, я здесь поднимала архивы журналистов, работавших в ООН, начиная еще с 40-х годов, и обнаружила, что многих советских корреспондентов, в том числе издание ИТАР-ТАСС, судили в США за шпионаж. Сегодня есть даже ряд мемуаров этих советских собкоров, которые рассказывают о том, как они были шпионами при ООН. Парадоксально, но россияне вообще не стесняются шпионской деятельности — они даже этим гордятся. Это ментальность страны, которая всюду видит врагов.
— Работу структуры ООН часто критикуют, однако Нобелевскую премию мира в этом году получила именно программа ООН. Как думаешь насколько еще возможно существование «ооновской системы» в мире и насколько эффективны ее механизмы?
ООН нужно реформировать — это однозначно. Иронично, но больше всего реформ подталкивает именно Россия, активно злоупотребляющая всеми своими правами в организации. Как членством в Совбезе, так и правом вето, и членством в Совете по правам человека, куда ее к сожалению, недавно вернули после перерыва с 2016г года. Хотя систематическое нарушение Москвой прав человека должно было исключить вероятность возвращения РФ в Совет. Таким образом, ООН нарушает свои же правила. Существование «ооновской системы» в мире напрямую зависит от готовности организации к реформированию. Если ООН не проведет системных и глубоких изменений — она сама себя ликвидирует. Но для мира это будет очень печальная новость. Потому что Вторая мировая началась после разрушения Лиги Наций. Все глобальные войны начинаются тогда, когда дипломатия исчерпывает себя. Поэтому, как бы мы ни упрекали ООН, призвать к ликвидации этой организации является разрушительным и бессмысленным путем. Демократический, развитый мир должен настаивать на введении реформ. А Украина должна уже становиться настоящим игроком на международной арене, а не только наблюдателем. Возможно, именно нам предстоит главная скрипка в обновленной организации.
Ihor Kromf специально для «Прямого».
Также следите за “Прямым“ в Facebook, Twitter, Telegram и Instagram.