Ростислав Павленко: Элементом гибридной войны есть спекуляции на трудностях
Цель информационной войны со стороны России насадить людям уныние, создать распад связей внутри общества, спровоцировать недоверие к органам своего государства.
Об этом в интервью «Прямому» рассказал советник президента Украины, директор Национального института стратегических исследований Ростислав Павленко.
Ведущая «Прямого» Светлана Орловская: Сейчас идет информационная война. Не нужно сейчас масштабной войны, достаточно информационной пропаганды. Сейчас массированная атака происходит, дальше будет еще более мощная. Потому что выборы. Никогда такого не было, чтобы Россия не вмешивалась в украинские выборы. А эти выборы для нее, как последний шанс для того, чтобы в Украине осуществить реванш. Мы осознаем, к какому удару нам следует готовиться. Насколько Украина к этому готова и, возможно, какие инструменты будет использовать? Насколько мы готовы и насколько нам готовы в этом помогать наши партнеры?
— Здесь как раз очень важно понимать, что действия России направлены на то, чтобы посеять здесь хаос, разброд, уныние, «все пропало», ничего не происходит, все только ухудшается. Этот дискурс распространяется не только в Украине. Руководитель Генерального штаба Вооруженных сил России Валерий Герасимов писал статью о гибридной войне, где он очень четко перечислил те цели, которые ставятся. Собственно, уныние, распад связей внутри общества, недоверие к органам своего государства, смена политического руководства, если оно не устраивает РФ. И самое главное — делегитимизация самого государства, внушение гражданам недоверия и разочарования в том, что происходит в стране. Это и есть цель информационной войны со стороны РФ. И здесь очень важно противостоять этому всем вместе. Потому что, конечно, есть демократический процесс, критика тех или иных действий, тех или иных персоналий. А всегда надо понимать, что она должна быть направлена на какие-то конкретные действия, которые нужно исправить, но не должно переходить в такую огульную атаку: что все, что ни делается, все плохо, что у нас ничего хорошего не может быть, и подобное. Поскольку именно здесь будет достигать своей цели российский агрессор. И в противостоянии такой агрессии очень важно, чтобы мы с вами работали — и государственные органы, и эксперты, и журналисты, чтобы найти правильный баланс.
Жаль, что здесь политики не могут объединиться.
— Политики как политики. Их цель предлагать различные версии и агитировать за это. Но и политики должны быть ответственными. Политики, если они уже выходят на класс национального политика, они должны быть ответственными за то, что ты говоришь о своей стране, что ты предлагаешь. И как твои слова могут или не могут быть использованы агрессором.
Мне иногда кажется, что когда политики высокого ранга, я говорю о тех политиках, претендующих у нас на высокие должности в государстве, говоря об избирательной кампании, начинают делать разные заявления, предлагая свои версии будущего. Конечно, говорят о мире, о международной политике, и заигрывая с избирателем, возможно, говорят о том, что государство должно быть внеблоковым. Вот, мол, вспомните, как раньше мы были внеблоковым государством, как было хорошо. А при Леониде Кучме была многовекторность, и сколько стоила колбаса и по какой низкой цене был газ, и так далее. Еще более безумные идеи по поводу восстановления ядерного статуса. Говорят, что это очень легко. Люди не понимают и особо не вникают в то, что чтобы восстановить ядерный цикл — это, во-первых, очень длительное время. А, во-вторых, как на это отреагируют все наши международные партнеры. Вряд ли тогда они нас будут поддерживать. Тогда мы можем полностью оказаться под колпаком у наших соседей.
Наши международные партнеры как-то фильтруют, что это просто предвыборные заявления, или все-таки это влияет на имидж Украины и приходится потом отчитываться и отбеливаться, и объяснять нашим дипломатам: ну извините, это выборы, это все не так, вы так сильно не реагируйте.
— Прежде всего, это влияет на имидж этих политиков. Если они думают, что чем больше они будут говорить таких вещей, тем будет большее доверие, то как раз наоборот. Потому что в мире как раз очень адекватно оценивается ты говоришь какие-то реальные вещи, ты говоришь, чтобы говорить, чтобы получить баллы на какие-то пустой пропаганде, агитации, и тогда к тебе и отношение соответствующее. И они сейчас как бы там думают о своем будущем, они такими заявлениями ставят его под сомнение, потому что такое тогда и будет отношение в мире к этим политикам, кем бы они ни были дальше депутатами или кем-то еще. И по поводу тех тем, что вы говорили, тоже очень важно, тогда на эти вещи отвечать правдой и говорить по существу. Внеблоковый статус. Слушайте, Россия нас напала, когда мы были внеблоковыми и это было предусмотрено в нашем законодательстве. Не работает эта внеблоковость. И когда нам говорят о мире, мир не означает капитуляция. Потому что потеря своей субъектности означает очень страшные вещи для Украины. Сто лет назад тоже очень стремились к миру и достигли того, что страна потеряла свою независимость, была поглощена Россией, после чего через несколько десятилетий Голодомор. Страна потеряла миллионы людей на этом. Кстати, часто приходится говорить о том, что никогда больше и подобное, но мы видим как повторяется история. Поэтому чтобы не дойти до этих страшных вещей надо понимать, вредишь ли ты своей стране, или ты делаешь для нее что-то положительное.
Далее с теми же ценами на газ. Они никогда не были низкими. Только вопрос в том, кому и как идут средства. Потому что раньше в систему субсидий, до того, как цены на газ стали рыночными, те же средства вынимались у тех самых налогоплательщиков из кармана и давались монополиям. Более того, тогда «Нафтогаз» был убыточным. Мы тогда так же из своих карманов платили монополиям те же деньги. Не должно быть никаких иллюзий. Мы платили за газ меньше, теперь мы платим больше. Сейчас система субсидий раз направлена на то, чтобы поддержать тех, кто не может заплатить сам. Соответственно компенсируется цена тем, кто поставляет газ. Но фактически для людей, мы видим, что растет бюджет. Он же не на пустом месте растет. Это означает возможность поднимать зарплаты, означает возможность финансировать социальные расходы, что значит поднимать зарплаты учителям, ученым, врачам, поддерживать оборону страны. Это все тоже не взялось из воздуха. А это как раз из-за того, что система очень прозрачная по выплатам на энергоносители. Она потому независима от РФ и независима от коррупционных действий.
Сегодня шесть ответственных фракций в парламенте подписали соответствующее обращение о моратории повышения цен на газ. Кроме фракции «Блока Петра Порошенко». Подписывали фракции, которые будут выдвигать от себя кандидата в президенты. Что с этим делать?
Что с этим делать? Объяснять. Я думаю, что такие эфиры как этот и должны быть использованы для того, чтобы люди понимали, что на самом деле за этим стоит. Действительно ли мораторий на цену решит проблему.
Такое впечатление, что президент только «не хочет» улучшений для людей. А вот все они (фракции-подписанты моратория — ред.) хотят…
Президент как раз сказал очень важную вещь в отношении людей, в отношении того, что люди должны быть защищены, что должны так субсидии работать, чтобы те, кто не может оплатить были защищены этим и субсидии покрыли разницу. То есть президент предложил очень конкретную вещь. А то, что предлагают они называется популизм. Потому что эта вещь несовершенна. Газ стоит столько, сколько он стоит. И разговоры о том, что можно там поднимать или не поднимать, это просто означает, что средства будут взяты из других источников, но из того же кармана, из кармана налогоплательщиков. Так как это было раньше. Одно дело, когда мы знаем, что цена честная и на этом никто не наварит дополнительных миллиардов, а эти миллиарды пойдут в бюджет и будут финансировать другие статьи, вот в этом разница в подходах.
Очень коротко: можно ли считать это элементом гибридной войны, в частности, такое вот поведение парламентских сил, когда они подписывают в парламенте. В частности, эту петицию?
Знаете, точно элементом гибридной войны есть спекуляции на сложностях. Всегда, практически в отношении к каждой стране есть определенное понимание у российской стороны, на какие проблемы надо давить, и она это выпускает, надеясь, что местные политики это подхватят. И большим разочарованием является то, что украинские политики часто это подхватывают также. Затем некоторые спохватываются, говорит, что это не надо было так делать. Но вред уже нанесен.
Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.