Зорян Шкиряк про охрану судов, дестабилизацию в Украине и российские представительства

Сегодня полиция ведет себя более чем сдержанно, более чем корректно и более чем спокойно к откровенным правонарушителям и к тем, кто сегодня осуществляет надругательство над законом, над Конституцией. Однако лжецам, популистам, политическим проходимцам, которые сегодня дестабилизируют Украину — разрешено все. Они могут убивать, они могут стрелять, они могут плевать в лицо, кстати, тем правоохранителям, которые реально отдавали свой долг и являются участниками АТО и настоящими героями.

Об этом в эфире программы Николая Вересня «Подія» на «Прямом» заявил советник министра внутренних дел Украины Зорян Шкиряк,

— 4 декабря 2015 в Печерском районном суде правоохранители применили силу в отношении людей, которые пришли поддержать подозреваемого в убийстве господина Бузины, Андрея Медведько. 11 января 16 года — схватки в Оболонском, где батальон «Торнадо». 2 мая начались тоже схватки. Это уже 18 сентября в 2017 году. Святошинский суд, Николай Кохановский — там тоже какие-то истории были. Постоянно это происходит. Сегодня было заявление господина Авакова, что если вы так себя ведете, мы не будем вас охранять.

Я бы хотел, чтобы вы прежде всего сказали, что именно имел в виду министр и, что стало катализатором его заявления, которое я беспрекословно поддерживаю и подпишусь под каждым его словом.

— Значит, человек стрелял в полицейского. Один из «АТОшникив». Его взяли на поруки. И он никак не пострадал от того, что он поднял руку на представителя государства. По такому случаю и были эти слова: если вы такие, то вы будете охранять сами себя, потому что мы вас охранять не будем.

Не совсем так.

— Ну, ваша версия. Говорите вы.

Я попробую все же вам детализировано и профессионально, и попробую лаконично ответить на все вопросы. Прежде всего, вы упоминали определенные события. И мы сегодня обнародовали статистику, что за последние годы в массовых акциях, а также в спровоцированных столкновениях, в том числе под судами, пострадали — вдумайтесь в цифру — 1500 правоохранителей. Собственно, сегодня для многих наверное очевидно, что вседозволенность, которая порождает безнаказанность, становится элементом политтехнологий для откровенных политических проходимцев, аферистов и тех, кто, вероятно, за деньги Кремля пытается дестабилизировать ситуацию в Украине.

Что происходило на самом деле под Шевченковским судом во время той акции? Вы знаете, что мы стоим на четких принципах неукоснительного и точного права любого гражданина, конституционного, выражать свою позицию политическую, и мы защищаем право на мирный протест. Что там происходило? Пожалуй, напоминать не нужно.

Но начну с того, что из 36 задержанных в тот день людей под судом, которые тем или иным образом участвовали в провокационных действиях, только 8 были теми, кто некоторое время находился в зоне конфликта. Где — я не берусь говорить. Или это была передовая, или это были другие подразделения, но только 8 человек. Мы имеем беспрецедентный случай, когда при исполнении служебных обязанностей под судом при использовании наградного огнестрельного оружия было совершено нападение на сотрудника правоохранительных органов.

Что в этой ситуации делает суд? В этой ситуации суд за абсолютно тяжкое преступление — поскольку в этой ситуации мы не можем предсказать, как могли развиваться события, пуля могла бы попасть не в ногу, — отпускает на поруки. Причем отпускает на поруки тех, кто по сути своей призывает сегодня стрелять в правоохранителей, убивать правоохранителей, бить правоохранителей.

Возникает интересная дилемма. Одним, подчеркиваю, лжецам, популистам, политическим проходимцам, которые, вероятно, за деньги Москвы — я называю это уголовно-политической бандой Гришина-Саакашвили — сегодня дестабилизируют Украину. Им позволено все. Они могут убивать, они могут стрелять, они могут плевать в лицо, кстати, тем правоохранителям, которые, в отличие от некоторых, реально отдавали свой долг и являются участниками АТО и настоящими героями. А другим, оказывается, исключительно закон, исключительно толерантность, исключительно сдержанность и исключительно пасторское отношение к откровенным правонарушителям.

Вы знаете, нет, я не хочу жить в таком государстве. И, безусловно, это решение по сути своей является таким, что фактически оправдывает применение насилия к полицейскому с использованием огнестрельного оружия. Более того, оно фактически оправдывает возможное убийство полицейского. Потому что в данной ситуации никто не может предсказать, как могла сложиться ситуация.

И поэтому министр выполнил свой долг. Я вам скажу, что я полностью поддерживаю — подпишусь под каждым словом — обязанность, даже не право, а обязанность, сделать соответствующее политическое заявление как политическая фигура в МВД.

— У нас были депутаты, среди которых юристы. Они говорят: есть же апелляция, есть кассация. Они говорят: ВР надо изменить закон, что-то можно сделать следующим образом. Но когда министр говорит, что мы не будем теперь защищать суды … Так можно перевести его слова.

Это манипуляция. Я очень прошу не использовать манипулятивных технологий.

— Я журналист и имею право на любой вопрос.

Николай, я сейчас к вам без претензий. Я имею в виду, что такая трактовка является манипуляцией, поскольку то, что «мы не будем» там не прозвучало. Министр четко, согласно принятому закону, если я не ошибаюсь, о судоустройстве, статьи 160, сказал: уважаемые друзья, два года происходит эпопея, не функция подразделений Нацгвардии и Нацполиции — защищать суды. Скажу жесткими словами: и вечно ставить полицию на растяжку. Мы вечно являемся заложниками ситуации.

Я думаю, что ни у одного украинца сегодня нет сомнений, что полиция ведет себя более чем сдержанно, более чем корректно и более чем спокойно к откровенным правонарушителям и тем, кто сегодня осуществляет надругательство над законом, над Конституцией.

Что сказал министр? Что, конечно, такое решение возмущает. Оно меня, кстати, не просто возмущает, а оно у меня вызывает тревогу за Украину. И я сейчас говорю абсолютно ответственно. Потому, что с такими темпами мы дойдем до полной анархии. А анархия приводит к потере государственности.

— Вы сейчас не говорите по существу. Должна существовать судебная полиция — вы об этом не сказали.

Я провел параллель, где есть предел красной черты, которую переступать нельзя. И вот сегодня мы говорим о том, что выделены колоссальные средства. Если я не ошибаюсь — более одного миллиарда гривен. Два года происходит эпопея. Это закон, который нужно выполнять. Государственная судебная администрация должна была создать соответствующую службу охраны судов. И эта служба, если я опять не ошибаюсь, я не хочу говорить, что это окончательные цифры, должна насчитывать около 10 тыс человек военизированной охраны. Все, вопрос снят.

Но скажите мне, осознает кто-то, каким фактором деморализации правоохранителей, которые ежедневно осуществляют свои функции, защищают закон, защищают права, свободы и жизни мирных граждан, вот такое решение суда? То есть в них можно стрелять, и тем, кто это осуществляет ничего не будет.

Очень часто нам сегодня говорят о том, что это было сделано из наградного оружия. Так, подтверждаем, это было сделано из наградного оружия, которое вручалось руководством МВД этому лицу. Но в сотый раз повторяю: участие АТО не может быть индульгенцией от совершения откровенных уголовных преступлений. Это недопустимо. Я уже молчу о том, что оружие было наградное и использовано незаконно. Это незаконное использование наградного оружия. О чем мы говорим? Министр отменил приказ. И, безусловно, пока это оружие будет изъято. И именно это привело к его эмоциональной, но абсолютно адекватную в этой ситуации заявление.

И последнее. Много сегодня разговоров и ложной информации, которая распространялась в СМИ, о так называемом снятия охраны в Шевченковском суде. Так вот, ответственно заявляем, и это наше официальное заявление, что никакого снятия охраны с Шевченковского суда не было. А если для кого-то плановая смена караула Национальной гвардии показалась снятием охраны, то стоит перекреститься. Мы продолжаем нести службу на всех объектах государственного значения, вверенные подразделениям МВД, в частности Национальной полиции и Национальной гвардии.

— Такая история довольно смешная. Когда я смотрел кадры нападения на Российский центр науки и культуры, то я увидел, что очень оно было похоже на какой-то … Когда я на кого-то нападаю, то я должен быть агрессивным. А там такие люди стоят, и такое впечатление, что кто-то им говорит: ну ударь, ну хоть нарисуй что-нибудь. Он сказал: я не хочу рисовать. Ну уж делай что-нибудь. То оно мне мозолит. Я не могу сказать, что это была подстроенная история, но что-то мне показалось.

Хороший вопрос. На самом деле и мне так показалось, когда просматривал кадры. Во-первых, у нас как реагирует сразу пресса, особенно некоторые СМИ, которые по сути своей являются пропагандистскими, хотя находятся на территории Украины. Как ты понимаешь, никаких погромов не было. И это правда. Я ни в коем случае не оправдываю любые насильственные действия. Я точно знаю, что здание не виновато. Это здание можно использовать для других целей для украинцев, для киевлян. И здесь не виновата. Но действительно были яйца, действительно была краска, действительно полетело несколько камней. Как только они полетели, то мгновенно правоохранители оттеснили протестующих, и ситуация закончилась.

Кстати, должен сказать откровенно, что даже организаторы этого действа призвали не прибегать к силовым действиям. Это правда. И есть тому подтверждение. Здесь я, как говорится, не оправдываю действия, но я должен об этом сказать.

Но есть другая сторона медали. Я лично сейчас говорю о своей гражданской позиции. Всегда будет раздражителем представительство российского бизнеса в Украине. Должно государство что-то делать, какие-то решения принимать. Тем более, какие-то непонятные центры, где, я на сто процентов уверен, работает российская агентура. Кстати, вспомни украинский культурный центр в Москве. Арестовали директора, собрали кучу уголовных дел на сотрудников. Все. Закрыли, заглохло, нет и не пахнет.

Простите, наверное, нужно научиться осуществлять адекватные меры. Я не говорю, что кого-то сразу арестовывать. Кстати, если есть подтверждение, то и арестовывать. Но я убежден, что сегодня, когда каждый день гибнут наши ребята от рук российских наемников и российских солдат, любое присутствие российских представительств недопустимо. И раздражитель для общества всегда будет.

— А что делать? С одной стороны, есть логика в ваших словах. С другой стороны, есть логика в том, что люди говорят: каково бы ни было представительство, врываться туда … Где найти тот баланс?

Я говорю, что ни в коем случае оправдывать такие действия нельзя. Это при любых обстоятельствах. Если есть факт повреждения имущества … Кстати, сейчас это все проверяется. Насколько я знаю, будет дана надлежащая юридически правовая оценка действиям тех, кто осуществлял эти вещи. Но сама суть вопроса значительно глубже. Безусловно, мы призываем не прибегать к таким действиям. Потому что должны работать другие механизмы. А здесь бы хотелось, чтобы свое слово сказало государство. Лично я категорически против всевозможных «Сбербанк», «Альфабанк» и другого бизнес-хлама на территории Украины, как гражданин Украины. Но мы должны делать все законно, если мы строим правовое европейское государство.

— Когда делаются различные решения, например, судов, когда государство не успевает, то возникает в головах у людей словосочетание «суд Линча». И что в таких случаях можно было бы сделать?

Я скажу откровенно. Дело в том, что мы получили от Януковича и от предыдущих правителей очень ужасное наследство — полностью, тотально продажную и коррумпированную судебную систему. Я, кстати, не хочу обижать всех судей. Потому что я убежден и даже знаю, что среди них есть абсолютно нормальные и порядочные люди. Я знаю, что выносятся справедливые решения. И слава богу, есть положительная динамика, все-таки очень медленная, но есть. Но, впрочем, к сожалению, именно безнаказанность одних является элементом давления на других, в конечном итоге или это делается за деньги, или это делается под давлением.

Вспомните, далеко не надо ходить. Я всегда привожу параллель афериста Саакашвили. Потому, что тут целая история пребывания в Украине — это сплошное надругательство над украинским законом, над украинской Конституцией, попрание чего-либо в любой способ, и при этом красивый, гладкий, белый и пушистый.

— Вы не любите.

Дело не в вопросе «любишь — не любишь». Дело как раз в том, что называется справедливостью. И здесь я имею в виду как раз справедливость к каждому. Ну не может быть так, что я на себя одеваю сегодня маску РНС или еще какую-то — и мне можно все. Вы поймите, что государство в таких условиях …

— Слушайте, без Саакашвили, чтобы все наладилось, все бы было замечательно в ту секунду, если бы он умер, физически или как-то? Ну, давайте прекращать.

Николай, опять ты акценты сбиваешь. Я его беру в пример тех, кто сегодня занимается откровенными информационными манипуляциями. Так вот, что делать? Безусловно, продолжать дальше судебную реформу. Безусловно, пытаться строить реальное правосудие. Но оно должно быть реальным, а не выборочным.

— А как?

Далеко не надо ходить. Не буду вспоминать этого персонажа. Но сколько у нас случаев, когда есть реальное преступление: пришли, простите, «испугали», запугали — и принимаются решения, которые на голову не налезают. Здесь в чем вопрос? Не в том вопрос, что мы пытаемся оспорить решение суда. Есть решение, и оно вступает в законную силу. Но мы оставляем за собой право давать свою политическую оценку — как представители МВД, которые должны защищать своих сотрудников в случае выявления вот такой несправедливости.

Посмотрите, пожалуйста, ленту новостей. Ежедневно практически дня оказывается или коррупционер, или задерживается полицейский или другой милиционер за то или иное преступление — и мы никого не прикрываем. Более того, мы сами об этом открыто говорим и мы сами наказываем. Но когда те люди, которые сегодня стоят на защите нас с вами, получают, простите, вот такой плевок в лицо, — это болит, и это просто искренняя эмоциональная, но абсолютно правильная и адекватная реакция министра внутренних дел. Надеюсь, что решения и Кабинета министров, и судебной администрации не задержатся, и все-таки будет создана эта служба охраны, и полицейские и нацгвардийция будут заниматься присущими им функциями.

Ранее советник министра внутренних дел Иван Варченко заявил, что Государственная судебная администрация должна обеспечивать охрану судов, но на протяжении двух с половиной лет она этого так и не сделала.

Также в МВД заявили, что информация о снятии охраны подразделениями Национальной гвардии Украины из помещения Шевченковского районного суда в г.. Киеве не соответствует действительности.

Также следите за «Прямим» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.