В 2019 году действующие власти продлили контракты, которые дали Путину 10% военного бюджета — Порошенко
Прекращение транзита российского газа по территории Украины, несомненно, положительное, однако запоздавшее решение. Ведь в 2019 году действующие власти продлили газовое соглашение с РФ, которое вместе с нефтяными контрактами предоставило кремлевскому диктатору Владимиру Путину 10% военного бюджета. Но последние события на нефтегазовом рынке, в том числе блокада теневого флота, могут лишить Россию этого источника финансирования.
Об этом в эксклюзивном комментарии телеканалу «Прямой» заявил Петр Порошенко, пятый президент Украины, лидер «Европейской солидарности».
– Газ для России – это средство влияния на Европу и оружие против Украины. Наконец-то в этом году транзит голубого топлива прекратился. Как вы к этому относитесь?
— Прежде всего, я хотел бы извиниться перед зрителями, у которых были эти несколько дней для того, чтобы после очень тяжелого 2024 года немного отдохнуть: от политики, от плохих новостей с фронта, от обстрелов. Поскольку обстрелы не прекратились, прямо сейчас идет воздушная тревога, а политика нас тоже не отпускает, я надеюсь, что ваши зрители меня простят.
Во-вторых, я себя не отношу к крупным специалистам в газовой сфере, хотя точно отношу себя к государственным деятелям, которые кардинально изменили политику в этой сфере в Украине. Прежде всего, я оцениваю решение о прекращении транзита российского газа как безусловно верное. И это мой подход к политике единства и одобрению этих решений. Могу подчеркнуть, что оно несколько запоздалое. Потому что, конечно, прекращение контрактов возможны только когда они истекают. Потому что санкции за прерывание действующего контракта измеряются миллиардами, а может, и десятками миллиардов долларов. И иск ты получаешь не только от России, но и других участников контракта, которые могут привлечь Украину к ответственности.
Итак, у нас было несколько шансов не продлевать контракт. Первый шанс был в 2009 году. Вы помните, что тогда Соловьев был еще очень доволен. Сейчас он гораздо более нервный и возмущенный. А тогда он пел, что перекроет газ Европе, Украине и всем остальным. Но тогда печально известный господин Портнов, игравший ключевую роль как юридического гуру, заключил такой контракт, который был чрезвычайно позорным, неприемлемым и вредным для Украины. И когда сегодня власти не могут найти основания, почему не вводят санкции против Портнова, который уже много лет под американскими санкциями, а в Украине он руководит судами и правоохранительными органами… Я хочу напомнить, что грабительский контракт 2009 года был подготовлен именно г-ном Портновым. Он привел к печально известным харьковским соглашениям и фактическому банкротству Украины. И он был заключен не на пять, а на десять лет, действовал вплоть до 2019 года. Фактов и шансов прекратить его у нас не было.
Но с моей точки зрения, мы должны понять, какова энергетическая позиция и чем мы занимались пять лет моего президентства. Позиция первая. Когда я был избран президентом, в стране было 0 в казначействе и огромные долги за газ. В этом случае мы должны были найти оптимальные механизмы действия украинской власти. Прежде всего, что нам удалось сделать – мы прекратили под одеялом двусторонние переговоры с Россией, которые влекли за собой огромные коррупционные пути. Я сказал нет. Переговоры будут проводиться трехсторонними. Никакие ультиматумы Путина мы не принимали. И участниками переговоров были де-юре Европейский Союз, включая еврокомиссара, включая председателя Еврокомиссии. И могу сейчас раскрыть вам эту составляющую, что брали активную роль и Соединенные Штаты Америки. Это позволило нам показать, что Украина кардинально меняет свои подходы к переговорам в энергетической сфере.
Чего нам удалось тогда добиться? Это 2014 год. Это тогда, когда снова ставился вопрос, что Украина замерзнет. Первый. Мы получили позицию, поскольку у нас не было денег, что Украина перестает платить за газ и срок оплаты переносится на очень долгое время. Так что мы получали газ и в 2014, и в 2015 годах, и не платили средства из государственного бюджета и со счета НАК «Нафтогаза». Это очевидная и очень яркая победа. Почему нам это удалось? Потому что с нами были и Европейский Союз и Соединенные Штаты Америки.
Вторая позиция. Как только мы перестали платить за газ, я поручил готовить директивы для подачи иска против позорного поведения, незаконного поведения Российской Федерации, подать иск в Стокгольмский арбитраж. Эти директивы обязательно выполняли и правительство, и НАК «Нефтегаз», и группа юристов, которых мы присоединили к этому процессу. Я не сомневался в том, что позиция Украины победна. Несмотря на то, что Украину и меня шантажировали исками на десятки миллиардов долларов, якобы «Газпром» подаст встречный иск, и они спишутся с Украины. Мы на этот шантаж не пошли.
Следующий шаг, сделанный по моей директиве: в 2015 году мы перестали покупать российский газ. Впервые за всю историю Украины. Мы прекратили эти позиции, когда Украину обвиняют, что она ворует газ, не рассчитывается за газ, ненадежный транзитер. Все. Больше этого не будет. У нас с Россией нет никаких контактов в газовой сфере. Могу подчеркнуть, что неоднократно россияне исходили с очень обольстительными предложениями, чтобы мы возобновили двусторонние переговоры. Моя позиция была четкой: мы газ России больше покупать не будем. И заключили долгосрочные контракты с европейскими поставщиками. Хочу отметить, что с 2015 года вы больше никогда не слышали, что Украина ворует газ или кто-то оставил нас без газа в самый тяжелый период.
Развертывалась очень эффективная ситуация в Стокгольмском арбитраже. Требования россиян отвергались одно за другим. Украина защитила свое право на условия контракта «качай или плати». И в этих условиях россияне, качают они газ или не качают газ, должны платить Украине фиксированно определенную сумму. И самое главное, окончательное решение Стокгольмского арбитража составляло почти 5 миллиардов долларов в пользу Украины. Это результат действий нашей команды. Из них почти 3 миллиарда мы получили живыми деньгами на счета, и более 2 миллиардов долларов мы списали платежи за газ, который мы потребляли в 2014, 2015, 2016 годах. Представьте себе, если бы мы были лишены этих 2 миллиардов долларов.
А теперь я хочу задать вам вопросы. А вы помните, куда были направлены деньги, которые мы выиграли по Стокгольмскому арбитражу? Первый приоритет – вопросы национальной безопасности и обороны. Конечно, я не мог игнорировать, что через год-два будут выборы. И, конечно, был соблазн в моей команде выдать по тысяче гривен студентам, по тысяче гривен бабушкам, по тысяче гривен учителям. Но ключевой позицией выживания государства в условиях поддержки позиции армии было финансирование сектора безопасности и обороны. И львиная часть пошла на финансирование ракетных программ: как средств, полученных из России за Стокгольмский арбитраж, так и средств, полученных конфискацией активов Януковича. Хочу отметить, что сумма, которая была конфискована у Януковича, также равна почти полутора миллиардам долларов.
В 2019 году, когда истек срок действия контракта… Хочу отметить еще раз: моя каденция была с 2014 по май 2019 года. Все это время никакого продления контракта не было. В 2019 году уже в декабре продление контракта было. Я не берусь анализировать мотивы, которыми тогда руководствовались. Я понимаю, что это право президента и правительства продлевать или прекращать контракт. Мое личное мнение, что контракт должен был быть прекращен еще тогда. Хочу подчеркнуть те условия, которые россияне выторговали в 2019 году. Тогда были отозваны все иски с судов, которые были у «Нафтогаза» и правительства. Тогда были сняты аресты с активов, которые нам удалось арестовать во времена моей каденции. Тогда было сделано многое, которое я позволю себе избежать комментировать. И контракт был продлен еще на пять лет.
Вы можете легко посчитать, а тогда Украина была в войне, какую сумму россияне получили за газ, поставленный в Европейский Союз. И думаю, что вы будете удивлены, но сумма значительно превышает 65 миллиардов долларов. 65 миллиардов долларов, которые россияне использовали на войну с нами. Думаю, что, наверное, какую-то мотивацию имела власть. Не хочу сейчас обсуждать это. И еще раз говорю, очень радуюсь, что сейчас контракт прекратили.
Но есть один вопрос, который не дает мне покоя. В апреле-мае 2022 года, когда российские войска были еще под Киевом, когда Херсонская область была захвачена и когда харьковской операции еще не было, я сделал несколько заявлений, и вы можете легко найти это во время публикаций, в том числе и в западной печати, о том, что мы должны немедленно тогда прекратить в связи с форс-мажором и обстоятельствами непреодолимой силы против Украины, в связи с широкомасштабной агрессией, мы должны прекратить и транзит нефти, и транзит газа.
Я хлопаю, что транзит газа прекращен. Это, конечно, по расчетам Reuters, принесет нам потерю 800 миллионов, а для нас это позиция сегодня не вопрос выживания, у нас есть помощь наших партнеров, но это принесет потерю российскому бюджету суммы более 5 миллиардов долларов, почти 5,5 миллиарда долларов. Это большие деньги. Но если внимательно дочитаете мои обращения, мои требования, там стояло и прекращение поставки нефти по нефтепроводу «Дружба». Вы знаете, сколько нефти нефтепровод «Дружба» качает в 2024 году? По официальным данным, эта цифра составляет 300 тысяч баррелей в день – «барл, в день». Если вы умножите на текущую цену Urals, а нефть сейчас стоит достаточно высоко, и умножите на 300 тысяч баррелей и умножите на 360 дней расчета этого, то вы выйдете на сумму, которая значительно превышает 7 миллиардов.
Я извиняюсь, я не буду вас утомлять цифрами. Запомните только две. 5,5 миллиарда, которые Россия получает в год за газ, и 7,5 миллиарда, которые Россия получает в год за нефть. Это выходит 13 миллиардов. Вы знаете, каков военный бюджет России? Чуть больше 130 миллиардов. Следовательно, 10% военного бюджета Российской Федерации, страны-агрессора, Россия получает через территорию Украины, продавая нефть и газ, которые качают украинские монополисты.
— Что ждет нас дальше? Если перекрыть, как вы говорите, нефтепровод, не воспользуется ли Россия другими альтернативными путями? И не получится ли так, что Украина еще штраф заплатит за это?
— Первое, еще раз подчеркиваю, что контракт по нефти иной, чем контракт по газу. Он не так долгосрочный. И действительно, была угроза, что Россия сможет найти пути, обойти Украину. Украина потеряет деньги за транзит, но не остановит поток нефти. Сейчас совсем другие времена. Ибо раньше Россия пользовалась услугами так называемого «shadow fleet», «теневого флота», когда разные корабли из оффшорных государств вывозили российскую нефть и поставляли ее потребителям с Глобального юга, таким как Индия и Китай. Они составляли самое большое количество рынка, куда Россия доставляла подсанкционную нефть. Но ситуация поменялась.
Хочу напомнить, что финский суд принял решение об аресте теневого танкера, зарегистрированного на островах Кука, и были найдены убедительные доказательства, что этот танкер непосредственно участвовал в разрушении электрокабеля и кабелей связи в Балтийском море. Как это происходило? Он просто спускал якорь, включал двигатели на полную мощность и пахал этим якорем, пока не прерывал кабель. Были найдены неопровержимые доказательства, и этот вопиющий случай привел к тому, что единство стран по усилению санкций и по аресту и остановке теневого флота стало гораздо более решительным.
Хочу отметить роль президента Трампа. Я имел возможность общаться во время своего визита с членами его переходной команды, и было четко подчеркнуто, что санкции и их применение будут работать более эффективно, чем раньше. Произошел инцидент у берегов Испании с российским судном, перевозившим разные военные грузы в связи с Сирией, и уже никто не хочет иметь дело с теневым флотом.
Итак, Россия, ранее отгружавшая через Черное море теневым флотом разные нефтепродукты, сейчас имеет вопиющую экологическую катастрофу в Керченском проливе и полную блокаду теневого флота по перевозке нефти. Возможности экспортировать еще 300 тысяч баррелей нефти в сутки у них просто физически нет. Следовательно, мы можем предположить, что немедленное применение этих мер точно лишит Россию 10% военного бюджета. Представьте себе – на 10% меньше патронов, на 10% меньше войск, на 10% меньше бомб, на 10% меньше ракет.
Если мы позволяли газ и нефть, то какое у нас моральное право требовать санкции, которые должны быть применены европейскими странами и Соединенными Штатами Америки? Итак, я думаю, что в ближайшее время мы в парламенте инициируем соответствующий проект постановления, которым обязуем правительство принять решение об остановке нефтяного транзита через территорию Украины и, соответственно, сокращении российского экспорта на 7 миллиардов долларов. Очень надеюсь на поддержку этой инициативы со стороны президента Зеленского. Это и будет эффективное взаимодействие.
В данном случае я хочу подчеркнуть, что мы очень тщательно должны смотреть, как перерезать возможность Путина финансировать войну. Это будет важной мотивацией для того, чтобы Путин обеспечил процесс мира через силу, чтобы те инициативы, которые сейчас предлагает нам ввести новая переходная администрация, были в конце концов реализованы.
Я могу подчеркнуть, что по газу я сегодня не переживаю. У нас нет объективной информации, нам не отвечают на запросы. Но я очень внимательно читаю заявления президента, правительства и главы НАК «Нафтогаз», что на сегодняшний день Украина собственной газодобычей обеспечила свое потребление. Нам не нужно покупать реверсный газ и газ из Европы. Более того, я думаю, что в этих условиях мы можем использовать украинскую добычу газа для поддержки наших партнеров и надежных друзей, в частности, дружественной нам Молдовы.
Если Молдова объявила чрезвычайную ситуацию в энергетике, и у них нет позиции ни по газу, ни по электроэнергии, там вопрос меньше 1 миллиарда кубов газа. Украина, если кто-то возражает против поставок со стороны Европейского Союза, сможет поставить, продать при условии расчетов необходимый газ Молдове – кто-то пугается покупать его в Румынии – и не дать возможность России использовать провокацию с оккупированной территории Молдовы для препятствования европейским демократическим силам победить на парламентских выборах в Молдове. Думаю, что для нас это также вопрос национальной безопасности, контроля безопасности границ, которые у нас есть с Республикой Молдова. Я очень советовал бы внимательно посмотреть, просчитать эти возможности для инвестиций в национальную безопасность и оборону государства.
Также следите за “Прямым” у Facebook, Twitter, Telegram и Instagram.