Эксклюзив «Прямого»: советник главы АП Георгий Вашадзе рассказал, как будут выбирать судей Антикоррупционного суда и когда он начнет свою работу

На каких принципах разработан закон о Антикоррупционном суде, как выбирать членов этого суда и когда он начнет работу.

Об этом в интервью Светлане Орловской на телеканале «Прямой» рассказал советник главы Администрации президента по вопросам реформ, основатель Фонда инноваций и развития  Георгий Вашадзе.

— Есть определенные политические аспекты по поводу Антикоррупционного суда: то, что очень долго не мог президент внести. А депутаты только накануне отозвали законопроект, для того чтобы президент мог внести этот законопроект о Антикоррупционном суде. У вас в руках именно этот законопроект, насколько я понимаю?

Нет. Это презентация концепции. Но законопроект уже будет изложено в ближайшие минуты, наверное, на сайте Верховной Рады.

— В этом году уже можно будет посмотреть?

Уже зарегистрировано. Наверное, сейчас загрузится этот законопроект.

Я хочу немножко сказать, почему мы здесь появились относительно антикоррупционного суда. Потому что мы создавали Антикоррупционное бюро в Украине, наша команда. Мы сделали проект «Готово!», Который считается №1 в административных услугах, вместе со Львом Парцхаладзе. Мы сначала инициировали ProZorro — систему электронных госзакупок. И фактически это тот спектр проектов, которыми мы занимались в Украине.

Я прямо скажу по этому законопроекту. Я тоже смотрел, наблюдал, что очень много разных экспертов выходят, политики выходят: одни одно говорят, другие другое говорят. Мы взяли и вместе с украинскими коллегами и написала законопроект, который базируется на трех главных компонентах.

Первое — международная практика: где, как и что сделано. Второе — Венецианская комиссия как главный международный орган, который создает рекомендации, какие структуры надо создавать и которые должны быть стандарты. И третье — ОБСЕ, эксперты которые долго работали и фактически обозначили все те законодательные базы,что  надо было менять, и как архитектуру этого Антикоррупционного суда можно было здесь делать.

Мы написали вместе с украинскими экспертами этот законопроект, предложили Администрации президента. Я, кстати, сам встречался с представителями различных донорских организаций. Я им тоже говорил, что сейчас есть окно возможностей. Потому что все говорят: ты напиши, ты напиши. Почему — я это тоже понимаю. Потому что никто часто не хочет браться за ответственность. Очень легко критиковать, а писать, делать и самому инициировать — очень трудно. Исходя из этого, мы взяли и написали это все, скомуницыровались с Администрацией президента. И сегодня президент согласился, что как раз базой будет наш законопроект, который наша команда разработала.

— На рассмотрение Венецианской комиссии были направлены два законопроекта парламентских: один — от представителя фракции БПП Сергея Алексеева, а второй — общее авторство в основном оппозиционных депутатов. Учтены в этом законопроекте рекомендации Венецианской комиссии?

Я прямо могу сказать, что законопроект, который был членом фракции «БПП» инициировано, там фактически мы не учитывали ничего от того законопроекта. От второго законопроекта мы брали разные идеи, которые были в этом законопроекте. Но с международными экспертами и общественностью мы серьезно поработали. Там, где было противоречие с Конституцией, именно мы убрали эти основные нормы. Но в основу мы взяли работу ОБСЕ. В ОБСЕ были эксперты, которые сегодня сидели вместе с президентом, детали анализировали. Главное — создать этот Антикоррупционный суд, а потом не получить еще одни судебные разбирательства в Конституционном суде, чтобы кто-то разбирался, что нельзя вот так создавать, и так далее.

Поэтому Валентин Сердюк и Анатолий Заяц — эти два эксперта, которые со стороны ОБСЕ работали — Роман Яковлев с нашей стороны, и вот эта команда написала этот проект. Они создали базу, архитектуру, что можно было сделать. Мы написали контент этого законопроекта. И вот все это реализовано.

Главные аспекты я хочу обязательно поднять. Потому что в общем мы можем много говорить. Первое — мы фактически заложили в законопроект, что есть определенная  независимость в Антикоррупционном суде.

— Чем она обеспечена?

Обеспечена организацией. Потому что склеивается и первая инстанция, и апелляция. Они вообще отдельно. В них отдельное финансирование идет. И президент сегодня заявил, что в бюджете уже предусмотрено деньги для этого.

Самое главное — набор судей. Все говорили об этом. И участие международных экспертов в наборе судей. Мы отдельно предусмотрели участие международных экспертов. Их могут предложить те донорские организации, которые активно помогают Украине в разработке антикоррупционных реформ. Не знаю, USAID, например, или Всемирный банк, ЕС. Они могут предложить своих экспертов. И все эти эксперты будут иметь полномочия сделать свои рекомендации по каждой кандидатуре. Даже провести собеседование, если хотят.

— То есть они будут мониторить? Их слово будет завершено окончательным?

Они не только мониторят. Окончательно не может. Потому что это будет против и суверенитета, и Конституции, и так далее. Но мы четко можем понять, что международные эксперты говорят, что вот этот человек не соответствует тем требованиям, которые должны быть в высоком  суде. Я думаю, что переломить такие рекомендации практически невозможно, если прямо скажем. И я думаю, что это большая гарантия в плане того, что именно это тот компонент, на котором настаивала Венецианская комиссия, чтобы был здесь.

Не только иностранцы будут участвовать. Принимать участие местные активные лидеры мнения, эксперты, общественные лидеры, которые тоже будут входить во вторую комиссию, которая состоит из местных экспертов. Они будут свои рекомендации давать на конкретных кандидатур. И я думаю, что мы нарисовали такую ​​архитектуру, которая должна быть приемлема для всех сторон. Я надеюсь, что в парламенте у нас будет более тематическое обсуждение, где мы очень активно собираемся участвовать. Конечно же, будут замечания. Конечно же, будут разные мнения. Мы будем это все учитывать. Наши позиции будем обязательно говорить: на чем базировались те предложения, которые у нас там есть.

Самое главное сейчас — быстро принять этот закон.

И второе. Как всегда, в Украине, к сожалению, часто бывает, что примут закон, а потом не реализуется эта реформа. Если мы возьмем Антикоррупционное бюро, мы что сделали? Одно — приняли закон и подробно расписали, чем за шесть месяцев Антикоррупционное бюро должно было начать расследование. И реально Антикоррупционное бюро начало расследование, начало реальные действия. Но многие структуры есть, которые годами создаются.

Мы сегодня договорились с президентом, что как раз будем активно участвовать в организационном порядке, чтобы не потом искали эти судьи: где мы будем сидеть, где наше здание, кто указ подпишет, кто приказ сделает, кто приказ выполнит. И так далее. Нет. Чтобы четко и подробно расписать план имплементации. Чтобы как можно быстрее Украина получила Антикоррупционный суд.

— На этой сессии они уже не успеют его утвердить?

Я думаю, что двумя чтениями не успеет на этой сессии. Но зависит все от Верховной Рады. Зависит от того, насколько будут эти обсуждения политические или чисто прагматические: что мы все согласны, что хотим получить независимый Антикоррупционный суд.

— Это может быть весной?

Почему? Я думаю, что можно в январе-феврале уже получить этот законопроект.

— А сроки, когда полноценно сможет заработать Антикоррупционный суд?

Я думаю, что 2018 — это максимальный срок, конец 2018 года, когда у нас должны быть уже судьи, четко бы начали рассматривать дела по коррупции. Это конец 2018 года. Это, я думаю, маленькие сроки для создания такого большого органа. Но я надеюсь, что все стороны будут заточены на то, что это надо быстро создавать.

Наша практика, наша роль в этом процессе — я где вижу нашу роль? Чтобы вам всегда говорить: кто опаздывает, кто не подписывает, у кого проблемы. Так мы работали с Антикоррупционным бюро. Так же мы будем работать с Антикоррупционным судом. Об этом мы договорились сегодня и с президентом тоже.

Мы будем четко говорить. По антикоррупционному бюро мы расписали на шесть месяцев каждый день: кто и что должен был подписать, чтобы бюро заработало. Без этого, к сожалению, когда такую большую систему создаешь, не работает. Пример — тот же НЗКА. Много-много различных органов,которые созданны, а там очень много проблем. Также мы будем делать детальный план имплементации всего этого. Потому что, как только этот закон примут, надо еще один закон принять. Потому что, по новой Конституции 1 января вступает в силу норма Конституции, которая говорит, что новый суд может создаться только через закон. До этого президент мог сам создавать. Поэтому еще надо это внести на голосование.

Так что, эта процедура, которая … Я надеюсь, мы с нашей стороны будем готовить все документы и подгонять всех: что вы не сможете говорить в будущем, что у вас нет законопроекта, у вас нет документов и так далее. Мы все это будем готовить.

— Антикоррупционный суд над всеми стоит? То есть его функция — это окончательная инстанция?

Это не вертикаль, это горизонталь. Но Антикоррупционный суд закрывает фактически этот круг, полностью замыкает этот круг, который до этого был открыт. И мы не понимали, какой суд — Печерский либо не Печерский — рассматривает различные дела.

После создания Антикоррупционного суда мы четко будем  знать, какой суд будет принимать решение о высших чиновников, которые обвиняются в коррупции. Но это не только наказание кого-то в коррупции, а это и правильное решение. Потому что, с другой стороны, человек, которого обвиняют в коррупции, должен понимать, что я могу доверять суду: что если я прав — я могу себя оправдать.

Потому что мы всегда думаем, что это постоянно мы карательные органы создаем. Нет, это органы, которые благородно смотрят на закон и смотрят на то, чтобы коррупционер сидел в тюрьме. А если человека просто так зря обвиняют — чтобы он оправдал себя в том суде, к которому есть большое доверие.

Я думаю, что сегодня в Антикоррупционного бюро есть доверие со стороны населения. Я надеюсь, что еще будет больше доверия у Антикоррупционного суда, потому что суд — это важнейший компонент в этом.

— Я думаю, что мы не раз еще будем встречаться в студии.

Обязательно. Ваша помощь нам понадобится. Потому что активное освещение, правильная дискуссия на эту тему, которая политически очень горячая тема, будет играть очень важную роль, чтобы мы получили в конце следующего года Антикоррупционный суд. Не то, чтобы постоянно дискутировать о чем-то, что не существует и никогда не создаться, а вот конкретно знать, что 1 января 2019 и у нас есть добропорядочные судьи,которые будут принимать правильные решения.

Напомним, ранее эксперты представили президенту Украины Петру Порошенко проект закона об антикоррупционном суд.

Кроме того, сегодня, 22 декабря, президент Украины внес в Верховную Раду законопроект о Высшем антикоррупционном суде.

Напомним, 21 декабря Верховная Рада отозвала законопроект № 6011 об антикоррупционных судах. За соответствующее решение проголосовали 235 народных депутатов.

Ранее президент Украины Петр Порошенко направил письмо председателю Верховной Рады Андрею Парубию с предложением принять предусмотренные регламентом мероприятия для отзыва законопроекта №6011 «Об антикоррупционнх судах».

Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.