Крутихин про безальтернативность транзита газа через Украину: Даже если помимо «Северного потока – 2» еще и «Турецкий поток», две нитки проложат

Непредсказуемость поведения российского руководства рассматривается как главная угроза энергетической безопасности Евросоюза.

Об этов в программе «Кисельов. Підсумки» заявил эксперт по нефтегазовому рынку Михаил Крутихин.

– Сейчас многие пугают публику тем, что транзит российского газа в Европу через Украину может прерваться, украинская ГТС опустеет, страна лишится многомиллиардных доходов. Несколько месяцев назад вы сказали, что России в обозримом будущем никак не обойтись без украинского транзита. Ваша оценка с тех пор не поменялась?

Нет. Возможно, даже большие объемы придется прокачивать транзитом – до 25 миллиардов кубометров, если продолжатся контракты с европейскими потребителями на юге Европы, то есть в балканских государствах, с Грецией контракты и, главное, с Италией, которая на этом направлении самый большой потребитель российского газа. Но тут ведь, помимо «Северного потока – 2», есть еще один фактор: в 2019 году заканчивается действие транзитного соглашения между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины». Вот что придет на смену ему – пока абсолютно не ясно.

– Я беседовал на эти же темы с одним из руководителей «Нафтогаза Украины» Юрием Витренко. У него, с одной стороны, скромнее прогноз. Он говорит только о 6 миллиардах кубометров газа, которые должны будут непременно идти через территорию Украины. И, во-вторых, он скептически настроен по вопросу о том, удастся ли вообще какое-то соглашение заключить после 19 года.

Здесь у «Газпрома» безвыходное положение. Если не будет такого соглашения, он срывает свои обязательства по контрактам. А там некоторые обязательства вплоть до 35 года тянутся. Во Франции, в Италии есть такие контракты. Но я думаю, что выход из этого положения мог бы найтись. Чисто теоретически, если пройдут более-менее конструктивные переговоры между «Газпромом» и «Нафтогазом Украины», можно договориться о том, чтобы обойтись в будущем вообще без транзитного соглашения, а с европейскими потребителями договориться, что точка сдачи российского газа будет на границе России и Украины.

– «Газпром» же всегда против этого протестовал. Это символ веры, что называется, рушится для «Газпрома».

Уже не в первый раз «Газпрому» приходится идти на какие-то уступки. А без транзитного соглашения у него безвыходное положение. То есть тогда придется европейским государствам договариваться с оператором ГТС Украины. А оператор, насколько я знаю, ведет сейчас переговоры с некоторыми европейскими компаниями о совместной деятельности, в частности со словацкой компанией. И если получится так, то тогда европейцы вместе с украинским оператором смогут брать газ на границе России и доставляет его туда, куда нужно. Я думаю, что это будет достойным выходом из положения, если не продлевать транзитное соглашение.

– То есть вы считаете, что угрозы того, что украинская ГТС опустеет и начнет хиреть и ржаветь – это все преувеличения.

Я думаю, это сильно преувеличено. Поскольку мы видим, что уже на протяжении последних 10 лет «Газпром» объявлял украинскую ГТС абсолютно непригодной к дальнейшей эксплуатации, а она нормально работает. Да, там есть проблемы, там нуждаются в замене участки труб, особенно сочленения различных участков, есть проблемы на компрессорных станциях, но они решают. И потом, это обширная система. И если будет неприятность на одном из ее участков, то можно перебросить потоки на другие участки и спокойно доставить газ потребителям. Все перебои, которые до сих происходили, они происходили не по вине технологической отсталости или низкого качества украинской системы, а по решению российского политического руководства.

– Вопрос, скорее, политического свойства. Сейчас многие в Украине разводят руками с разочарованием и говорят: сейчас ширится международный бойкот России, и тут же Германия делает такой подарок России и соглашается со строительством «Северного потока – 2». Нет ли действительно двойных стандартов в поведении германского правительства?

Это не новый тип поведения. Давайте вспомним 1968 год, когда войска Варшавского договора вторглись на территорию Чехословакии, чтобы подавить там народные выступления и какие-то, может быть, первые ростки демократии. Европа была в шоке, весь Запад был в страшном протесте. Но практически в то же самое время началась прокачка газа по новому газопроводу из России в Германию. Знаменитая сделка – «газ в обмен на трубы». То есть бизнес бизнесом, а политические соображения остаются в русле политики. Мы видим, что Германии крайне выгодно получить еще один маршрут доставки газа из России. Тем более, прямой, без всякого транзита, по каким бы то ни было территориям, и Германия всячески будет отстаивать этот проект, поскольку он ей достается в качестве подарка, абсолютно бесплатно. В строительство этих труб она не вложила ни копейки, в то время как российский «Газпром», для того чтобы построить коридор транспортировки газа с Ямальского полуострова до Германии, до выхода на берег в Германию, общая стоимость этого проекта еще в 2010 оценивалась в 44 миллиарда долларов. Сейчас проложили, часть потратили 25 или, может быть, 30 миллиардов долларов. И до сих пор расширяются маршруты по российской территории, от самого Ямала до Балтийского моря. И плюс еще предстоит проложить подводную часть.

– Тут надо сказать, что ведь эти деньги в результате идут в карман компании, владельцам компании, которые, если выражаться западной терминологии, аффилированы с самой высшей российской властью. Так ведь?

Совершенно верно.

– Компании Роттенбергов, Тимченко и так далее.

Да. Поскольку «Газпром» можно рассматривать с разных углов зрения. С одной стороны, это коммерческая компания, которая добывает газ, транспортирует и продает его. С другой стороны, это политический инструмент Кремля. Мы видели перебои в снабжении газа по политическим причинам. И третий «Газпром» – это «Газпром» как дойная корова или кормушка для аффилированных с российским руководством подрядчиков, у которая смета часто втрое выше, чем смета на аналогичные трубопроводы в других частях света.

– А позиция Дании, Польши, стран Балтии может сыграть роль в судьбе «Nord Stream 2»?

Вот еще на прошлой неделе разговаривал с польскими коллегами по телефону. И мне показалось, что они были в паническом настроении. Они мне сказали, что никаких юридических причин для того, чтобы воспрепятствовать строительству этого газопровода у Европейской комиссии, у европейских стран просто не осталось. Ну нет такого в законодательстве членов Евросоюза или в каких-то нормативах Еврокомиссии и Евросоюза. Они сказали, что единственной надеждой будет позиция США. Если они введут какие-то санкции действительно против этого проекта, тогда может получиться. И это звучало как последняя надежда.

– То есть то, о чем говорила представительница Госдепа Хизер Нойерт, это может сработать, если американцы начнут вводить санкции против компаний, которые участвуют в строительстве?

Если бы они ввели санкции, то это бы сработало. Но давайте посмотрим. Когда редактировали закон, принятый в Вашингтоне по поводу отпора, как бы, России, там «Северный поток – 2» звучал отдельными пунктами. И в этих пунктах, если вначале было написано, что американская администрация имеет право вводить санкции против этого проекта, то в окончательном варианте документа было написано, что может вводить санкции по согласованию с европейскими партнерами. А главным европейским партнером здесь выступает Германия. А Германии этот проект крайне выгоден.

– А неужели в Германии в других странах Европы не задумываются о том, чтобы снизить зависимость от России в энергетическом смысле?

Обязательно задумываются. Поскольку непредсказуемость поведения российского руководства рассматривается как главная угроза энергетической безопасности Евросоюза. И поэтому принимаются решения и осуществляются уже частично решения по диверсификации поставок из других государств. Затем решение по строительству интерконнекторов через границы европейских государств, чтобы быстро перебрасывать в случае необходимости объемы газа из одной страны в другую. И мы видим, что та же Германия, одновременно приветствующая открытие нового маршрута получения газа из России, она тут же принимает решение продвигать проект по строительству терминала по приему сжиженного природного газа. Раньше у них не было ни одного такого терминала. И принимается документ, когда формируется правительственная коалиция в Германии, о том, что по новым нормам развития энергетики практически вдвое увеличивается цель замены газа, угля и остальных углеводородных носителей на альтернативные и возобновляемые источники энергии – вместо 35 до 70% – и получается очень быстро достичь этого потолка в энергетическом обеспечении Германии. То есть они сознательно планируют сокращать потребление российского газа.

– Иными словами, в любой момент они могут сказать, что, извините, ребята, нам газ в таком количестве по этому маршруту не нужен и будем получать его с других направлений в другом виде. Так?

Естественно. Там будут разные соображения. Во-первых, это дешевизна российского газа. Поскольку у «Газпрома» есть огромный потенциал для снижения издержек: коррупционный издержек, правительство может налогами помочь каким-то образом, российский рубль если девальвирует, то это тоже поможет «Газпрому». И себестоимость российского газа уже сейчас, в принципе, ниже, чем себестоимость американского сжиженного газа. Но при таком большом потенциале сокращения издержек, они могут выиграть эту конкуренцию, и получатели газа в Европе, я не исключаю, пойдут и будут покупать дешевый российский газ.

– В любом случае без транзита через Украину «Газпрому» не обойтись, какие бы пропагандистские заявления не делали его представители?

Да, не обойтись. Даже если помимо «Северного потока – 2» еще и «Турецкий поток», две нитки проложат – я думаю, что тоже пока сохраниться транзит.

Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.