Нищук: Общество как раз сегодня интересуется, когда будут наказаны, и кто будет сидеть на скамье подсудимых

Министр культуры Украины Евгений Нищук рассказал про свои воспоминания событий Революции достоинства, про проект мемориала Героев Небесной Сотни, про «Сватов» и конфликт вокруг часовни УПЦ МП.

Об этом он сообщил в программе «Подія» с Николаем Вереснем.

Про события Революции достоинства

— Некоторые люди считают вас «голосом Майдана». А много очень людей спрашивают: а почему не наказаны люди, которые убивали людей, и вы были свидетелем этого? Вы на Кабинете министров, может, в Администрации президента, может, в правительственной ложе в ВР между собой об этом говорите? Ну как, люди ждут каких-то результатов, а их нет.

Я больше скажу. Я не просто свидетелем был. Я кричал и говорил практически напрямую в то время, когда они пускались этим нашествием орды циничной. Я кричал, говорил: «Остановитесь, тут пожилые люди, здесь мирные граждане, не служите. Вы клялись служить украинскому народу, а не конкретно какому-то лицу, который вам дает эти преступные приказы. Остановитесь, потому что придется вам отвечать за эти преступления» . Это правда. И очевидно, что, несмотря на те вещи, которые в моей компетенции … Я думаю, затронем мы эту тему, потому что сегодня мы представили победителя мемориальной части международного конкурса комплекса Небесной сотни. И в дальнейшем будет и музей.

Но, безусловно, я понимаю, что общество как раз сегодня в эти дни, болезненные, собственно, интересуется именно этим — когда будут наказаны и кто будет сидеть на скамье подсудимых. Конечно, я со своей стороны в той или иной степени и общаюсь, и обсуждаю этот вопрос. Несмотря на то, что это не в моей компетенции, но это в моем также болезненном вопросе.

— Люди обвиняют, что через четыре года не так много было расследовано, обвиняют существующую власть: обвиняют непосредственно президента, премьеров, Верховную Раду.

Конечно. Потому что тот градус теперь у общества в том, что с кого надо спросить. За это мы в конце концов и стояли на Майдане. Так иногда бывает. И я на себе это чувствую, когда ты вообще к этому не причастен, а тебе все равно достается, все равно виноват. Потому, что кому-то надо найти хоть какой-то момент, чтобы у кого-то спросить. Это естественная ситуация.

И здесь надо понимать, что в этом надо иметь и ответственность. Я должен за многое отвечать — даже за тех, которые не в моем, возможно, подчинении или компетенции. Поэтому со своей стороны я, чувствую святую обязанность по этой теме, чтобы она не заговорилась … Простите, есть такие моменты в обществе, даже в некоторых кабинетах. Чтобы она не заговорилась, чтобы она не нивелировалась, потому что это самое больное будет для семей героев Небесной сотни, с которыми я имею честь общаться. Для них это самое главное.

Про проект мемориала Героев Небесной сотни

— Я пытался сегодня понять, как все же будет выглядеть, и никакого 3D. Я так и не понял ничего. Исполнителям — двойка. Кому-то двойка, кто этим занимался, и общество не знает, общественность Киева не знает, как же оно все же будет выглядеть. Мы знаем, что там что-то будет. А что конкретно будет?

На самом деле проект показывает часть смыслов и расшифровка в нем есть. Но в большей степени такая практика европейская и мировая — она ​​возлагается на очень авторитетное мнение специалистов, которые действительно были впервые в истории Украины привлечены. Около 12 человек из разных стран. Это люди, которые воспроизводили такие мемориалы, как в Будапеште, как в Вашингтоне, как в Нью-Йорке. Извините, я не знаю, еще кого найти авторитетного.

Сегодня собирался брифинг, и был непосредственно Бенджамин Хоссбах. И он подробно рассказывал об этой истории. Опять же, все равно люди должны почувствовать этот момент. И так они и объясняют. Они не очень церемонятся, чтобы кому-то все разжевать, что будет. Но есть такое понятие. Они не заботятся о том, чтобы мы сейчас каждому рассказали: смотри, это дерево здесь так должно быть, а здесь так вот, два метра туда, а три туда. Они говорят общими смыслами. Этот мемориал, этот проект, который выиграл, он говорит о будущем. Он говорит о сакрализацию этого места, он говорит о том, что там есть другой способ — когда каждая деталь должна напоминать, она в конце концов тебя пугает. Тогда ты подумаешь, привести ребенка или нет — когда ты практически видишь, что кровь течет по этому … Понимаете, они мыслят по-другому. Эти детали очень важны, и они могут появиться в отдельном зале, в музее, но не в мемориальной части.

Более того, для широкой общественности здесь еще надо понять. Иногда путают. Это была сегодня презентация проекта мемориальной части. Но главный акцент … Люди привыкли видеть конкретное то — памятник или сооружение. Но сооружение-музей будет победитель в июне.

Мемориальная часть. Вы спрашивали, что на картинке? На картинке — покой. На картинке — провокация человека к осмыслению того, что произошло. На картинке — жизнь: деревья, аллея кривая. Кривая — потому что, в их понимании, это путь тяжелый и непрямой украинского народа к своей свободе. Не только из-за этих событий Революции достоинства, а в принципе.

Внизу там разделением, началом этого есть — вот этот мост, на котором баррикада. На самом деле там заложены тонкие детали. Их так сразу не раскроешь в этой картинке или в любой другой. То есть смысл такой, что у этой баррикады будет мемориальная часть, где будут портреты, где будут фамилии, где будут на пелюстрах, в клиновидным образом за ними будут стоять эти портреты, в которых можно лампадку преподнести, которые будут конкретизировать каждое лицо — 107 человек. А дальше начнется эта аллея, тоже из 107 деревьев — столько, сколько зафиксировано погибших. Дерево — это жизнь. И эта аллея — это этот покой.

Но — самое главное. Уже завтра победитель — две автора этого проекта — будут в Киеве на пресс-конференции в час дня. И они еще приоткроют свою ситуацию. Более того, услышат все пожелания, особенно семей героев Небесной сотни. И это момент, который еще не завершен.

— Вопрос испанский. А «беркутовцы», которые тоже погибли, они входят в эти 107?

Нет нет.

— Потому что в Испании сделали мемориал, где все и «за», и «против», все вместе.

Про Украинский культурный фонд

— Как отдаете приказы главе Украинского культурного фонда Марине Порошенко? Вы звоните и что-то говорите? Ведь вы начальник? Или она начальник?

Я хотел бы уточнить. Хорошо, что вы спросили. Просто не все внимательно читают. Наблюдательный совет из восьми человек и председатель наблюдательного совета несет чисто представительскую миссию. Исполнительный директор, которого выбирали по конкурсу, представляющая свою программу действий, за которой стоит вопрос структуры, финансовые вопросы, — вот с ней у меня идет телефонный момент. Потому так и предсказуемо. Молодая, талантливая менеджер Юлия Федив — руководитель бюро «Креативная Европа» — выиграла конкурс, и она стала исполнительным директором Украинского культурного фонда. Именно в ее компетенции нести административную, финансовую и хозяйственную часть.

Миссия председателя наблюдательного совета Марины Анатольевны в том, чтобы быть лоббистом вообще этого направления. Так, как это для многих первых леди во многих странах мира. Для того, чтобы лоббировать бюджет — как государственный, так и негосударственный. Для того, чтобы иметь вес встреч на высоком уровне и на международном уровне. Поэтому этим мотивировалась ситуация предложения членов наблюдательного совета. Потому, по закону, они предлагают, а я утверждаю.
Но, я еще раз подчеркиваю, все хозяйственно-финансовые действия, которые я, конечно, буду координировать, они будут осуществляться с исполнительным директором Юлией Федив.

— Художники говорят, что аналогичные организации за рубежом не имеют государственного ударения. Обычно это собираются деньги у бизнесменов, у меценатов, людей просто с улицы. И это сугубо негосударственный фонд. А в Украине это и государственные деньги, и негосударственные. Почему так, и это правильно?

Создание Украинского культурного фонда — я не говорю, что это мое авторство, там много было людей. Но это действительно, когда сначала на меня свалилась такая миссия, я не готовился когда-то быть министром. И не стоял на Майдане за то, чтобы быть министром. Но когда мне сказали, что вас там рассматривают, меня бросило в пот. Я говорю: «Да вы что?». Они говорят: «Умел здесь руководить и координировать. Ты человек культуры, ты многих знаешь и они тебя знают, ты знаешь все процессы изнутри — иди». Я действительно тогда спрашивал на Майдане людей. И они меня делегировали. Первая каденция была недолгая. Потом мне говорят через два года: «Вот, Евгений, попробуй». Действительно я другой, потому что это требует определенного опыта.

Министерство культуры должно формировать политику, а не реализовать. Поэтому моя идея была институциализировать определенные процессы. Поэтому создан Институт книги в прошлом году, который полностью будет заниматься реализацией издательства, поддержки авторов, переводов, программой чтения. Да, мы формируем. Но через них это все будет проходить. Организация — не как учебное заведение, а как стратегический объект.

Поэтому в области поддержки искусства я хотел, чтобы был создан тот фонд, в который действительно могут попасть. К центральному органу, как Министерство культуры, кто тебе даст из бизнеса деньги? Потому что это будет не понятно, за что они мне дают. Здесь предусмотрено, что могут эти средства найти. Но самое главное — лишить Министерства культуры несвойственных функций. Мы не делаем уже концертик, мы не занимаемся концертикой. Поэтому через экспертов, будут набраны в Украинский культурный фонд, которые разбираются в аутентичном искусстве, на современном искусстве, в современной музыке, — тогда будут эти проекты отбирать профессиональные люди и определять через те сметы, которые будут возведены, какую долю платит государство, Украинский культурный фонд, а какой они должны найти или через местное самоуправление или через бизнес, или через другое. То есть это действительно европейская модель.

Про конфликт о строительстве часовни УПЦ МП

— Вы позиваетесь о том, что часовня УПЦ МП возле Десятинной церкви незаконно построена. Почему сегодня? Почему это не было сделано два-три года назад, когда они только начали строить?

Они начали строить при преступной власти. Давайте быть честными и говорить так, как есть. И тогда были незаконные определенные решения, которые мы хотим обжаловать. Потому что мы сейчас увидели по документации, что они не просто несовершенны, а они полностью сделаны незаконным путем. И поэтому субъектом хозяйственного права, потому что это на территории именно исторического национального музея, юридически от них должен быть иск. Мы будем полностью сопровождать. Это практически наш иск.

Соответственно, мы должны действительно поставить точку в этой ситуации. Потому что в Киеве достаточно духовных памятников, которые достигают тысячелетней давности. Не надо нам на каждом шагу строить часовни. Извините, я человек верующий, но этот хаос нужно прекратить. И вопрос не в вере. Я бы сейчас не хотел трогать, потому что это очень тонкая вещь. Вопрос в том, что они незаконно там построены, и они должны быть оттуда убраны. Все.

Про сериал «Сваты» и «черные» списки

— И по поводу «студии 1 + 1. В Окружной административный суд иск против Государственного агентства по вопросам кино и Министерства культуры в связи с запретом трансляции популярного сериала «Сваты».

Они талантливые люди, я их уважаю. Вопрос здесь простой. Вы знаете, что там было определенное лицо, которое попало под санкции СБУ, решение которой мы не обсуждаем. Именно Министерство культуры должно внести определенное лицо, которое представляет угрозу украинской безопасности, культуре или государству, мы соответственно пополняем этот список. Я не люблю называть списки какими цветами. Это просто санкционный список. Вот и все.

Министерство культуры не имеет права и не занимается любыми запретами прокатных удостоверений или фильмов и так далее. Это компетенции реализатора в сфере кино и визуального искусства — Госкино. В их праве определять степень того, как определенное лицо влияет на тот материал, который получается. И это их решение, они оказывают прокатное удостоверение или нет. В данном случае они сразу воспользовались этой ситуацией и этим правом, и они его лишили этого прокатного удостоверения.

«1 + 1» имеет право подавать иск. Я, правда, не знаю, насколько мы к этой истории причастны. Это будут юристы определять. Я никакого не имею к этому процессу отношения. Поэтому это, как говорится, юридическая казуистика, и пусть они себе проходит.

Мы сейчас со всеми практически директорами и продюсерами всех телеканалов, с национальным советом создали рабочую группу, в которой бы действительно будем проработать те механизмы, чтобы все заранее знали правила игры: нормировать и сделать в этом здравый смысл. Вот и все.

— Я надеюсь, что где-то в мае-июне мы еще раз встретимся, чтобы посмотреть на последствия нашего сегодняшнего разговора.

Я приглашаю все телеканалы. У нас так мало позитива в жизни. Хочется, чтобы именно через позитивные события, а они именно в культуре, мы представляли Украину: как это на Венецианском биеннале, где у нас был успех, как это на Франкфуртской ярмарке, как это на других европейских форумах, где наши художники действительно хорошо прославляют Украину. Где говорят о коррупции, об экономических и всех других делах, а говорят про талантливую, прекрасную и открытую Украину.

Также следите за “Прямим” в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.