О НАТО, финансировании ВСУ и замене российских комплектующих — интервью с депутатом от «ЕС» Михаилом Забродским
Народный депутат от фракции «Европейская Солидарность» Михаил Забродский в ток-шоу «Эхо Украины» оценил заявление Ирины Верещук о возможности отказа от евроатлантического курса, уровень финансирования обороны в Госбюджете на 2020 год и рассказал о возможности отказа от российских комплектующих в украинском военно-промышленном комплексе.
— Украину не ждут в НАТО, и туда скорее примут Грузию. Такое заявление накануне сделал народный депутат от «Слуги народа», представитель Кабмина в ВР Ирина Верещук. Между тем депутаты фракции «Европейская Солидарность» направили обращение к премьер-министру Украины и к спикеру парламента с требованием разъяснить заявление госпожи Верещук … Это как-то странно выглядит все. Что скажете?
Прежде всего, оценивать профессиональную деятельность и, скажем так, досадное недоразумение, которое произошло с госпожой Ириной, должен прежде всего тот, кто руководит работой. Я имею в виду главу правительства. Нельзя также не отметить то, что это представитель определенной политической силы и, волей-неволей, она пыталась выразить точку зрения на определенные события или определенные намерения, точнее, в том числе, определенной политической силы. Очень надеюсь на то, что это было именно недоразумение, ни в коем случае не какая-то грязная или полугрязная политическая технология из серии, когда делается вброс, затем смотрят на реакцию, а затем делается откат назад, в том числе и извинения , и объяснение , что, мол, я не то имела в виду.
Что касается заявления Ирины относительно «ждут — не ждут», то дело в том, что «ждут — не ждут» мы могли разговаривать так до весны 2014 года, когда угроза была гипотетической, а если быть точными, то вообще считалось, что ее нет, когда все вокруг считались друзьями и когда никто даже увидеть в страшном сне не мог, что кто-то в Украине будет предъявлять претензии , да еще и подкреплять их силой оружия. После весны 2014 года, мы все хорошо знаем, ситуация очень резко изменилась. И уже просто так рассказывать или рассуждать о том, нужно ли нам это или не нужно, стало, по меньшей мере, нецелесообразно.
— Нет. Она, знаете: нам это нужно, но нас там не ждут.
Я сомневаюсь, что Ирина имеет прямой контакт с руководством Североатлантического альянса, что кто-то уполномочивал ее делать заявление, в том числе, и в таком ключе, что нас там ждут или не ждут. Если она опиралась на анализ каких-то фактов, возможно, таких же заявлений или, возможно, каких-то действий руководства Альянса — это уже другое дело. Но в таком случае требуются какие-то дополнительные объяснения с ее стороны. Если это ее личный вывод, то она должна это подчеркнуть или по меньшей мере объяснить, почему она именно так считает.
Что касается позиции нашей политической силы, в том числе моей личной позиции, то нельзя ставить вопрос, нас там ждут, не ждут. Мы делаем не то, где нас ждут или не ждут. Мы делаем то, что нужно для блага нашей страны. Сейчас, если стоит вопрос противостояния, в том числе и вооруженного противостояния, с агрессором, который сильнее нас и многочисленнее, то нет другого выхода, как военный альянс. И на сегодняшний день нет другой альтернативы, чем Североатлантический альянс.
— «Европейская Солидарность» остро прореагировала. У меня просто нет информации. А вот Юлия Тимошенко, Вакарчук? Об «Оппозиционной платформе — За жизнь» я не спрашиваю. Я понимаю, что им это как бальзам на сердце. А эти фракции как-то отреагировали или умолчали?
Если говорить об официальных заявления фракций в полном составе, то сейчас мы можем говорить только о заявлении нашей фракции. Это я знаю точно. Не могу точно проанализировать политико-информационной деятельности, например, партии «Голос». Но, насколько я знаю, такое заявление делала только «Европейская Солидарность».
— Расходы на оборону и безопасность Украины сокращаться не будут, — заверил секретарь СНБО Александр Данилюк. В проекте бюджета действительно написано, что планируется выделять на армию почти 246 млрд гривен. В то же время в Белом доме в США не ожидают, что ситуация на Донбассе может урегулироваться в ближайшее время … Вообще это новое руководство и армией, и СНБО, и так далее — какое у вас впечатление от этого всего?
Начну с того, что, пожалуй, самое болезненное за последние дни — это финансовые ассигнования, которое назначены на силовой блок вообще и на Вооруженные силы в частности. Полностью согласен с господином Данилюком (секретарь СНБО Александр Данилюк — ред.). Потому что военное строительство в масштабах государства и вообще финансирование Вооруженных сил — это интересная очень ситуация, когда нельзя сегодня давать достаточно денег только потому, что сегодня армия действует, армия воюет и выполняет свою функцию, или задачи по назначению, как принято говорить у военных . А завтра, например, немного ситуация стабилизировалась, снова не даем, а потом дадим, если потребуется …
Потому что некоторые процессы, в частности в развитии вооружения и военной техники, организация эксплуатации, подготовки личного состава — они приобретают очень быстро необратимый характер. И если где-то что-то недофинансировать или недодать, то можно действительно оказаться в той же ситуации, в которой оказались мы в 2014 году: когда годами недофинансирования, годами чего-то не хватало, а потом невероятными усилиями, без преувеличения, всего народа — я имею в виду волонтеров в первую очередь — все это относилось на ногах и все это приводилось в порядок для того, чтобы выполнить хоть с какой-то качеством эту задачу или с какой-то вероятностью.
Поэтому я полностью согласен с руководством СНБО Украины. Действительно здесь нельзя ни в коем случае пренебрегать суммой, действительно она должна быть как минимум на уровне предыдущего года. Насколько я знаю, в этом году еще немного даже больше. Потому что заложены определенные резервы, имеются в виду финансовые, для того, чтобы СНБО распределила должным образом. Другое дело — как это делается. Это делается с определенными отступлениями и нарушениями, в том числе, в первую очередь, бюджетного законодательства. Но, я так понимаю, это за рамкой нашей сегодняшней беседы.
— Вы, наверное, видели заявление Министерства обороны или СНБО о том, что не будут покупать запасные части российского производства. Я так понимаю, то хотят наладить производство здесь. Это можно сделать?
Сейчас XXI век. И технически, и технологически, в принципе, ничего невозможного нет . Тем более, речь идет о запасных частях и соответствующих элементах систем вооружения, в частности не только вооружения, которые действительно большей частью были выработаны еще в советские времена. И даже если они после этого перевыпускались или реализовывались, то это делалось обычно на заводах российских, как лидера стран СНГ или стран бывшего СССР по военному производству, и действительно существовала и существует определенным образом даже на сегодняшний день определенная зависимость от этих запчастей.
Соответственно, это, опять-таки, приоритет №1 и СНБО, и руководства Министерства обороны и руководства Вооруженных сил — чтобы как можно быстрее найти замену как можно скорее найти те пути с той целью, чтобы полностью разорвать ту часть экономических связей со страной -агрессором, которая напрямую влияет на нашу безопасность и оборону.
— Действия нового руководства Министерства охраны здоровья ставят под угрозу продолжение реформы ОЗ в Украине. Об этом в открытом письме пишет гендиректор директората стратегического планирования и евроинтеграции Минздрава Ирина Литовченко … Как вы это прокомментируете?
С одной стороны, понятно, что проходит полностью естественный процесс, когда заходит новая команда, когда форматируются руководители соответствующих подразделений под себя, когда, возможно, на ключевые должности назначаются те должностные лица, которые считаются надежными, проверенными, а самое главное — членами той самой новой команды. Другое дело, когда под эти меры подводится определенное идеологическое обоснование и начинают рассказывать, что мы не просто так меняем, а мы делаем это потому, что-то делали неверно. И такая ситуация в том или ином виде присутствует в любом министерстве и ведомстве.
На первый взгляд кажется, что процесс полностью естественный и ничего нового здесь нет. А с другой стороны, это всегда неприятно, когда никто не видит того, что сделано, никто не пытается даже вникнуть в то, что могло быть сделано. И, соответственно, никто не поддерживает те решения, которые принимались предыдущей командой.
— А как вы прокомментируете работу адвокатов Виктора Януковича, чтобы обеспечить ему возможность вернуться в Украину?
Если мы говорим о работе адвокатов, то можно только слегка позавидовать даже господину Януковичу. Это означает, что адвокаты у него достаточно профессиональные. Потому что все, что планируется сделать и уже делается, оно делается на серьезном профессиональном уровне. О возвращении как таковом — я не берусь даже предположить, что может случиться …
— Я вам помогу. Мы же знаем с вами окружной суд. Он скажет в приговоре своем, что Майдан — это был государственный переворот. А если это был государственный переворот, то господин Янукович — это жертва. И с Януковича снимается все, и он спокойно приезжает сюда.
А потом появляется фраза «я легитимный». И уже вопрос к действующей власти, кто у нас легитимный президент.
— Янукович готовит новую политсилу для участия в выборах — может такое быть?
Это Украина XXI века. Я не хочу быть пророком, но я не верю в возрождение политической жизни экс-президента или как одновременно называли, президента-беглеца. В то же время логично было бы предположить, что полностью найдутся политические силы, которые будут готовы или поддержать, или даже влиться в новую структуру, если такая структура будет организована. Косвенно в том, что он не будет иметь поддержку даже в ячейках бывшей Партии регионов, которая сейчас изменила уже несколько названий, но суть от этого не изменилась … опосредованно это подтверждается тем, что они даже в своих политических лозунгах и информационной работе нигде не используют ни понятие «времена Януковича», ни понятия «Янукович — наш президент». Это уже перевернутая страница нашей истории. Это ужасная и кровавая страница истории, которую он сам перевернул еще тогда, когда прозвучали на Майдане первые выстрелы.
— Мне кажется, что у Зеленского и его окружения есть своя физика, о приближении к НАТО, но не ко вступлению.
Я могу объяснить это следующим образом. С одной стороны, на фоне этих разговоров об отводе войск, о том, что надо убрать из страны натовских инструкторов, это откровенно провокационные заявления … С одной стороны, заявления руководства государства вселяют надежду.
О том, что можно всю жизнь пытаться быть и никогда не стать, нужно понимать, что вступление или реализация практических шагов для вступления — например, ПДЧ и остальные — они развернут внешнюю политику нашей страны раз и навсегда. И на фоне ситуации, когда, с одной стороны, нужно каким-то образом прекратить военное противостояние на востоке, а с другой стороны, есть соответствующий северный сосед, которому очень-очень сильно не понравится наше вступление — руководство государства стоит перед выбором, и этот выбор они должны сделать. Имеются в виду уже не просто заявления, а действительно практические шаги.
Вот тогда, да, это будет не второй рубикон, а это уже будет последний рубеж, который будет пройден, и уже никто нас ни силой шантажа политического, ни силой откровенного давления военного, ни запугиванием, ни экономическими санкциями, которые они нам вводят, а мы им в ответ, не заставят что-то вернуть, сделать не так. Это наше право — выбирать нам, как нам жить и с кем вместе планировать свою безопасность и оборону. Если определено в Конституции, если это поддержано большинством населения нашей страны, это мнение, которое разделяют большинство сознательных людей, — значит, руководство государства должно иметь мужество сказать: да, мы идем, сроки вот такие. И чтобы вступить, мы сделаем вот это и вот это. Причем вот это, например, в первую очередь. Если бы озвучили такие заявления, то чувство удовлетворения было бы гораздо глубже.
Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.