Олег Медведев: Более широкий круг людей почувствует положительные изменения уже после президентских выборов — в 2020-2021 годах

Есть люди, которые отвечали за страну, и за несколько лет экономическую ситуацию выровняли и нашли компенсаторы российским рынкам, и экономика сейчас начинает подниматься. И именно поэтому заходят на украинский рынок и эти компании.

Об этом в программе «Ехо України» заявил политтехнолог Олег Медведев.

— Народные депутаты приняли закон о трансплантации. Завтра в Верховной Раде традиционный «час вопросов к правительству». А на следующей неделе народные депутаты снова соберутся под куполом. Обещают: главным вопросом будет закон про антикоррупционный суд. Что скажете обо всем этом?

Об этом трудно говорить. Потому что у нас как-то принято, что политические эксперты комментируют у нас все подряд. Не хватало еще комментировать, как по-мне, довольно медицинскую проблему, связанную с трансплантацией органов.

— А она не политическая?

Я смотрю комментарии отдельных народных депутатов, то мне кажется, что некоторые «черные» трансплантологи уже где-то встретили на улице и вытащили мозг. И вообще язык без костей — это тяжелая болезнь. Кстати, сегодня есть такая общественная организация — к сожалению, я забыл ее название — которая делает регулярный мониторинг заявлений политиков на предмет наличия в них достоверности или лжи. И знаете, что меня удивляет в этих исследованиях? Будто ситуация в Украине такова, что на самом деле есть за что власть критиковать реально. Ну зачем врать? Потому что лидерами этого рейтинга … они его делают где-то уже с полгода, возможно, и больше. Неизменными лидерами этого рейтинга по манипуляции фактами, по откровенной лжи являются оппозиционные политики различного достоинства. Не хочу называть фамилий, никого не обижать. Я не могу понять, для чего. Материалы для критики — для истинной критики, аргументированной критики — они лежат на поверхности. И так должно быть в демократическом обществе.

— Мы сейчас смотрели на Ляшко. Мы же слышали.

Я не понимаю, для чего. Ну разве для того, что … Я могу это оценить как политтехнолог. Если бы он сказал, может, что-то разумное, вы бы его и не показали в кадре. Но поскольку выражение яркое, сочное, образное, я бы даже сказал, в определенной степени смешное с одной стороны, а с другой стороны трагическое, то и велики шансы попасть с такими заявлениями в телевизионный эфир.

— Мне сегодня сказали, что вот Россия построила Керченский мост, и это большой инфраструктурный объект. А дальше спросили: а вот в Украине есть какие-то инфраструктурные объекты, что она может показать — вы там сделали мост, а мы здесь что-то? Как можно ответить на этот вопрос: что у нас такое значительное сделано за четыре года?

Мы с вами немножко знаем историю. И есть тоталитарные или авторитарные государства, у которых всегда есть гигантомания. И автократы-диктаторы всегда вкладываются в какие-то крупные проекты. Конечно, это с одной стороны. С другой стороны, Россия богаче, чем мы, наша страна. У нее есть ресурсы для возведения более весомых сооружений. Тем более, что мы все видим, что сейчас происходит в последнее время рост мировых цен на нефть. И это на руку России, это ей дает хорошие, существенные дополнительные доходы в бюджет. В Украине возможности скромнее, но тем не менее.
В авторитарных странах есть мегапроекты — строить что-то величественное. Демократические режимы более ориентированы на то, чтобы делать что-то конкретное и приземленное для людей. Поэтому для нас, наверное, важнее, возможно, открыть качественный ФАП, построить новую современную школу и так далее. Но, с другой стороны, какие-то важные вещи строятся. Например, насколько я знаю, за несколько недель будет открыт новый тоннель в Карпатах между Львовской и Закарпатской областями, который в разы увеличит пропускные мощности нашей железной дороги и наших железнодорожных сообщений с Европой.

И наконец, в России не так уж много таких крупных инфраструктурных проектов. Вспомните еще что-то, кроме Керченского моста.

— Это был мост на остров Русский. Но это было давно. И олимпиада.

А про этот, кстати, Керченский мост. То с ним еще в девяностые года носился Лужков, потом его обсуждали как совместный российско-украинский проект. Но сейчас у Путина возникла очень сильная политическая мотивация построить этот мост. Потому что это не тот инфраструктурный проект, который является оправданным с точки зрения экономики, который является какой-то серьезной экономической инвестицией. Это политическая демонстрация. Я, честно говоря, не думаю, что там с точки зрения транспортной или экономической этот проект особенно для России нужен.

— 4,8 миллиарда долларов. Представляете себе?

Правильно. Это даже для России огромные деньги. И вы представляете, сколько бы на эти деньги можно было, например, решить проблем в российском так называемом «Нечерноземье», в Рязанской области.

— Там сейчас самый большой негатив в соцсетях, который сейчас идет в России, — то, что стало известно вчера-сегодня, что деньги забрали со строительства трех мостов в Якутии. И те проекты закрыты.

Да, это исключительно политическая демонстрация.

— Суд арестовал руководителя РИА «Новости-Украина». Мы хотели увидеть, что они положат на стол, то есть прокуроры, следствие. И так и не понятно, что они положили на стол.

А медаль за возвращение Крыма — это мало?

— За возвращение Крыма?

Там какая-то награда от Шойгу. Да, это связано с Крымом. Это награда, которую выдавало Министерство обороны России всем тем, кто принимал активное участие в пропагандистском обеспечении аннексии и оккупации Крыма.

— И это государственная измена?

Я не юрист. Я скажу то, что я точно знаю. Я неоднократно заходил на сайт этого агентства. И меня всегда в последние годы удивляло вообще, как в Украине это может существовать, как удивляет и много других сайтов. Я не считаю это агентство журналистским продуктом. Это информационные войска Российской Федерации, как и многие другие российские формально медиа-ресурсы, как «Russia Today», «Первый канал», канал «Россия» и так далее. Это информационные войска в информационной войне, которую Россия ведет против Украины. И, по моему мнению, эти выпады на такие категории, как защита свободы слова, права журналистов и так далее, не распространяются.

Все остальное я не готов комментировать. Потому что я несколько лет назад взял себе за правило никогда не называть людей преступниками до тех пор, пока нет приговора суда. Но с точки зрения политической и политтехнологической оценки деятельности таких ресурсов мне абсолютно понятна. И я считаю, что здесь нет ничего общего с журналистикой.

— А то, что у него есть российский паспорт, и поэтому 60 суток в СИЗО? Они могут отобрать российский паспорт.

Кто они?

— Следственные органы и так далее.

Смотрите, если обвинение «государственная измена», то государственная измена может быть предъявлена только гражданам Украины. Потому, что гражданин другого государства не может изменять.

— У него два паспорта.

Поэтому претензии у правоохранительных органов к нему исключительно как к гражданину Украины.

— Следственный комитет РФ открыл уголовное следствие против 15 судей Конституционного суда Украины за то, что они не признали «референдум» в Крыму. Вы представляете это себе?

Нет, это невозможно себе представить.

— Но они это сделали.

Я думаю, проблема заключается в том, что Господь забрал у них разум. А когда они возбуждали уголовное дело, Следственный комитет против Яценюка, который якобы воевал в Чечне? И вас в этой истории что-то удивляет?

— Знаете, удивляет.

Меня уже там ничего не удивляет.

— Я понимаю, что это политический шаг. Для чего это сделано?

Я не знаю. Вы хотите, чтобы я искал какую-то логику в их абсурдных действиях.

— Мне кажется, это политическая история.

Я думаю, это политическая история. Это же опять-таки часть информационной войны, которую Россия ведет против Украины.

— На кого она рассчитана? Россиянам плевать на это. Украинцы посмеются. Члены Конституционного суда Украины, не думаю, что собираются ехать в Москву.

Я себе так представляю, что российская аудитория склонна верить в любые глупости. И очевидно, что это не для украинской аудитории, не для европейской, а это по каким-то соображениям, из чьих-то советов, по чьему-то решению сделано, очевидно, для потребления внутренне российской аудитории. Потому что это их мощная машина, которая работает, она постоянно требует каких-то доказательств для россиян, что Украина — это большой враг России. А объяснять и устанавливать мнение про враждебность Украины нужно для того, чтобы оправдывать в глазах той же российской общественной мысли российское вмешательство в дела Украины, в том числе и военное.

— То есть должно быть какое-то строгое следствие, скажем так.

Наверное. Возможно, их заочно присудят к смертной казни.

— Известные шведские бренды IKEA и H&M уже в этом году выйдут на рынок Украины. Меня это радует. Как вы относитесь?

Я, конечно, к этому отношусь нормально. Просто я понимаю как политтехнолог и как журналист, что, в принципе, сейчас общественные настроения такие, когда хорошие новости не пользуются спросом. И для того, чтобы почувствовать симпатию аудитории по ту сторону телевизионного экрана, наверное, лучше говорить такие вещи, которые, например, говорил мой тезка по фамилии Ляшко.

Что происходило, если посмотреть на это с высоты четырех последних прожитых нами тяжелых лет? Российская агрессия очень больно ударила по украинской экономике. Во-первых, мы сразу, потеряв Донбасс и Крым, мы потеряли четвертую часть промышленного потенциала Украины. Понятно, что те промышленные предприятия, которые мы там потеряли, они путем цепной реакции обрушили по цепочке другие секторы экономики Украины.

Плюс, Россия агрессивно закрыла для Украины — была еще, так сказать, экономическая агрессия — полностью российский рынок практически для украинских товаров. Если в 13 году почти треть украинского экспорта шла в Россию, то сейчас это менее 8%. И мы, слава богу, нашли компенсацию на европейских рынках.

Конечно, это больно ударило по уровню жизни людей. И ни одна власть … кто бы, например, из сегодняшних оппозиционеров не был у власти, они бы в этих условиях не смогли бы спасти страну, защитить от падения уровня жизни. А мы вообще могли упасть в пропасть, мог произойти дефолт, полный экономический коллапс и так далее. Слава богу, люди, которые отвечали за страну, они за несколько лет эту ситуацию выровняли и нашли компенсаторы российским рынкам, и экономика сейчас начинает подниматься. И именно поэтому заходят на украинский рынок и эти компании.

Большинству людей положительный эффект от этого пока не ощутим. По иронии судьбы, более широкий круг людей эти положительные изменения почувствуют уже после президентских выборов — в 2020-2021 году. Это будет не сразу. Этот тренд будет продолжаться несколько лет. А почувствуется это после президентских выборов, независимо уже от того, кто их выиграет. И парламентские выборы, и новое правительство. Но это будет следствием тех действий, мучительных и непопулярных, в том числе, которые были сделаны в 15-16-17 годах.

17 мая Верховная Рада Украины поддержала во втором чтении законопроект №2386а-1, который позволяет трансплантацию органов после смерти донора при условии, что он заранее предоставил письменное согласие на трансплантацию.

Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.