«Патентный троллинг» и санкции США: замминистра экономразвития рассказал о защите интеллектуальной собственности в Украине
Про семь новых законов в сфере интеллектуальной собственности, влияние урегулирования этой сферы на уровень инвестиций, что такое «патентный троллинг» и успеет ли Украина не попасть под санкции США за «пиратство», рассказал в программе «Подія» на телеканале «Прямой» заместитель министра экономического развития и торговли Украины Михаил Титарчук.
Про проблему интернет-пиратства в Украине
— Для Украины фактически уже истек испытательный срок в 120 дней, который давали США, чтобы урегулировать вопросы защиты прав интеллектуальной собственности. В случае же отсутствия сдвигов США могут лишить украинских производителей беспошлинного экспорта на территорию США более 3500 видов товаров. Решить проблему должен разработанный вашим министерством соответствующий законопроект. Вы недавно ездили в США, у вас была встреча с торговым представителем. Расскажите о результатах этой встречи.
Есть «список 301», который касается трех тем. Первая тема — это легализация софта Microsoft в органах власти. Второй вопрос — это коллективное управление. И третий вопрос — это борьба с интернет-пиратством. На сегодняшний день, что касается пиратства, у нас был принят законопроект о поддержке кинематографии, 2016 год. Там есть специальная норма борьбы с интернет-пиратством. У нас есть киберполиция, создано подразделение. И там сдвиги есть на самом деле, есть неплохая статистика.
— Но сегодня для украинца нет никаких проблем найти тот контент, который его интересует.
Существуют различные ресурсы, и эти ресурсы тоже блокируются, их тоже кладут.
Что касается преференций. На самом деле есть еще генерализованная система преференций. Украина ее получила в 2008 году. Это касается беспошлинного пересечения товаров. До 5 тысяч товаров. Мы только использовали квоту на 3500. И на самом деле то, что было заявление президента США Дональда Трампа 22 декабря, это касается 150 товаров. Это фактически 2,5-7% пошлины. То есть фактически это существенно, но это более имиджево для нас потерять данные преференции. Нам было предоставлено 120 дней вместо 60. Потому что правительство сделало определенные вещи, приняли законопроект. И на сегодняшний день, что касается корпоративного управления, Верховная Рада начала рассмотрение его во втором чтении.
Что касается критики. Знаете, когда, например, государство решит закрыть все казино, и потом государство будет спрашивать мнение владельцев казино: что вы думаете о том, что мы закроем ваш бизнес? Та же критика. 19 организаций, которые не отчитываются, которые работают непрозрачно, которые не платят роялти. Конечно, будет критика. Потому что этот бизнес был в тени на протяжении всей независимости Украины.
Про правительственную реформу интеллектуальной собственности
Реально реформа интеллектуальной собственности была введена правительством в 2016 году. Это не только касается коллективного управления. На сегодняшний день на самом деле семь законопроектов уже в Раде, и восьмой еще готовится. Фактически главная проблема — это было коллективное управление. И поэтому наши западные партнеры это подчеркивали очень много лет. И просто уже устали нам отмечать и сказали: или вы делаете, или вы теряете преференции.
Например, законопроект, касающийся «патентного троллинга». Это касается промышленных образцов и торговых знаков. Есть такие бренды, как Google или Starbucks. Есть очень интеллигентные и умные люди, которые регистрируют у нас «Gougle» или «Starbux», а затем судятся. И так как у нас сейчас еще нет специализированного суда по интеллектуальной собственности, конечно, что суды несовершенны … Потому что интеллектуальная собственность очень специфическая сфера. Здесь не все могут судьи в ней разобраться профессионально. Например, есть вешалка, когда одежду вешают. Тоже один мощный человек зарегистрировал его. И за все товары, которые заходили на границу через таможню, он получал свой роялти. Потом кто-то пошел в суд, а суд длится год-два. Но он получает свои роялти. У нас законодательство соответствует согласно европейской директиве, и у нас есть обязательства по договору об ассоциации. В принципе, мотивация и желание. И мы понимаем, что надо это делать.
Второй законопроект касается географических указаний. Имеется в виду, что не может быть у нас «коньяк» или «шампанское». У нас могут быть, например, «нежинские огурцы». Третий законопроект более технический, касающийся полупроводников. Это микросхемы. Четвертый законопроект — это коллективное управление. Пятый законопроект мы сейчас готовим — это о создании национального органа интеллектуальной собственности. Это завершение реформы. У нас сейчас трехуровневая система, а будет одноуровневая. То есть на базе «Укрпатента» должны создать национальный орган интеллектуальной собственности, который будет проводить экспертизы и выдачу фактически патентов.
Важно, что есть поддержка, есть понимание и мотивация у многих людей, которые задействованы. Фактически есть исторический шанс Украины в этом году положить нормальный фундамент, чтобы дальше работать. Но самое главное — это имплементация, есть еще украинские реалии.
Интеллектуальная собственность — это фундамент. Есть очень классная пословица: «Основа государства — это сильная армия и сильное патентное ведомство». Сильная армия защищает границы, а сильное патентное ведомство защищает интеллектуальную собственность внутри государства. Украина — это интеллектуальная нация на самом деле.
— Помогают ли Украине представители других стран, где уже этот вопрос урегулирован и где есть уже традиция защиты и обеспечения прав интеллектуальности собственности?
Так, Соединенные Штаты. 1,2 триллиона долларов у них доход в бюджет — это интеллектуальная собственность. 38% ВВП. Вот iPhone у вас. 60% — это интеллектуальная собственность, а 40% — это его технологии. Вот вам и цена интеллектуальной собственности. То есть мы стимулируем нашу индустрию, нашу киноиндустрию, наших певцов, музыкантов, писателей. Мы стимулируем, чтобы они получали свои средства.
Про легализацию программного обеспечения и интернет-контента
— В одном из интервью вы говорили, что нужно легализовать программное обеспечение в государственных органах власти, где 37% продолжает быть пиратским.
Мы сейчас работаем над этим. Мы уже работаем над тем, что, например, те сборы, которые мы получим от патентов, они должны идти частично на легализацию софта. 37% — это реально очень серьезная сумма. Почему мы создали координационный совет по вопросам интеллектуальной собственности? Для того чтобы, во-первых, решить вопрос в ближайшее время, в течение трех лет. Конечно, это должно быть финансирование. Конечно, должны быть переговоры с Microsoft. Мы не можем покупать по рыночной цене для госучреждений, когда 10 долларов стоит Microsoft в Америке, а нам — 160. Это немного несправедливо. Но у нас есть шанс это сделать.
Для чего софт? Это безопасность, это кибербезопасность. Но когда ты покупаешь софт, ты должен понимать, в каком состоянии еще компьютер. То есть глобально подошли. У нас есть, в принципе, возможность, и в Министерстве экономики есть видение, как это сделать. Это важный вопрос.
— Как сделать так, чтобы в сознании рядовых украинцев привить привычку, что нельзя пользоваться нелегальным контентом в интернете?
Надо работать над культурой и уважением к интеллектуальной собственности. К сожалению, этого мало. Все начинается с ребенка. На самом деле, когда мы покупаем легально, мы стимулируем индустрию нашу. Если, например, появляется фильм «Киборги», когда ты купил билет, пошел в кинотеатр или ты скачал фильм официально, заплатил сто гривен — ты помогаешь киноиндустрии развиваться. От этого она живет. Можно жить в XIX столетии и дальше смотреть на Восток. Мы хотим в Европу — значит мы должны уважать. Я понимаю, есть определенные вещи. Мы привыкли к бесплатному. Но надо менять свой менталитет. Да, это трудно.
Про инвестиционную привлекательность Украины
— Как принятие соответствующего закона вообще скажется на инвестиционной привлекательности Украины?
В первую очередь, когда заходит инвестор, независимо из Европы или Азии, он смотрит, насколько защищенной является интеллектуальная собственность, изобретения. Если они видят, что есть проблемы системные, то есть риски, конечно, что уменьшается вообще процент инвестиций в стране. Первый вопрос, который поднимают инвесторы — насколько защищена интеллектуальная собственность.
У нас патентное ведомство — «Укрпатент». К сведению, в мире только 22 организации, 22 страны, которые имеют право делать международную экспертизу. И мы там. Нам продлили — в прошлом году была международная ассамблея Всемирной организации интеллектуальной собственности — на десять лет. Для нас продолжили почему? Потому что мы показываем результаты. Но надо все урегулировать, заложить правильный фундамент. И независимо от того, кто там заместитель, он должен работать.
Про перспективы создания института защиты прав интеллектуальной собственности
Должен появиться механизм, очень простой и понятный: что если есть нарушения, как это должно быть быстро. Есть апелляционная палата — мы тоже это предполагаем. Если есть проблемы в апелляционной палате, человек обращается в суд. Когда он специализированный, то четко смотрит на вопросы, связанные с интеллектуальной собственностью. Сейчас, например, ты приходишь в обычный административный суд — там все. То есть люди не верят. Поэтому и статистика падает. Плюс правоохранительные органы должны быть мотивированными. У нас до 2017 года интеллектуальная собственность была в топ-3, относительно правонарушений. Сейчас она упала. Мы хотим вновь поднять этот вопрос, чтобы он работал. Потому что есть подделки медицинских препаратов, есть подделки минудобрений. Это тоже сфера интересна.
Про рынок роялти в Украине
— Как сейчас вообще устроен рынок роялти в Украине? Сколько рядовой артист может получать?
Это очень трудно. Для каждого есть определенная формула. Например, если твоя песня играет на радио — это одна сумма. Если это концерт, то это другая цифра. Оно все варьируется. Поэтому эта сфера очень сложная. Должны быть применены электронные сервисы. Не так, как раньше — на бумажке или какие-то отчеты. То есть пример, как в мире это контролируется. И эти организации, эти авторы — они контролируют. То есть государство туда не вмешивается. Мы просто должны создать условия, может, где-то дерегулировать, но рынок сам должен определиться. Так, если у нас есть проблемы, тогда мы вмешиваться.
Про перспективы принятия закона по урегулированию сферы защиты интеллектуальной собственности
— Истекает срок в 120 дней, выделенных США. Если будет отсрочка принятия соответствующего закона, сколько это состояние вещей, которое есть на сегодня еще может ждать?
Мы бы его приняли до конца апреля. Но, к сожалению, расписание Верховной Рады, пленарных заседаний. И это может быть 15-16 мая, где мы можем его принять. До сих пор мы надеемся, что все же наши партнеры увидели реальные шаги. Потому что такой еще быстрой обработки не было относительно законопроекта, который был.
— Нуждается ли этот законопроект выводов комиссий?
Есть три организации. Есть заключение Европейского Союза, вывод офиса торгового представителя и есть Всемирная организация интеллектуальной собственности. Параллельно есть крупные организации, которые представляют права владельцев. Они дали свои отзывы, что касается законопроекта. Я вам скажу, более того, когда мы начали и на первое чтение вынесли … Все же думают, что законопроект за два сделали? Нет, это был закон профессиональный, отработанный с ЕС в 2015 году. Полгода на него положили времени эксперты Всемирной организации интеллектуальной собственности, украинские эксперты, международные эксперты и даже представители американцев. Но почему-то этот закон был скрыт. Так мы его нашли.
Напоминаем, 30 сентября 2107 президент Украины Петр Порошенко подписал указ №299 «О создании Высшего суда по вопросам интеллектуальной собственности».
Также следите за «Прямым» в Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.