Юрий Бойко: В бюджете должна быть заложена реальная инфляция и реальная макроэкономическая база

Сопредседатель фракции «Оппозиционный блок» Юрий Бойко заявил о необходимости заслушать правительство, премьер-министра: каким образом будет преодолен экономический кризис, каким образом будет поддержка реального сектора экономики.

Об этом Юрий Бойко заявил в интервью «Прямому».

— Цена на газ на 25%. И соответственно, будет повышение тарифов, коммунальных платежей. Говорят, что для украинцев  это плохо, что это фактически геноцид, не занимались этим вопросом. Но в правительстве все равно уверяют, что будут субсидии. Так что, это человека по карману не ударит.

На самом деле это беда действительно. Потому что люди и сейчас не могут платить такую ​​цену на газ. Учитывая то, что сейчас двухкомнатная квартира — это 1400-2000 гривен должен человек платить. А субсидии действительно порезали. И правительство говорит ложь, когда уверяет, что субсидий хватит на всех. Потому что в проекте бюджета на этот год заложено субсидий меньше на 16 млрд , чем в прошлом году. При том, что собираются поднимать на 25% стоимости газа. То есть это действительно абсолютно преступная  позиция, которая приведет к тому, что люди просто не будут платить. Уже сегодня почти 40 млрд  гривен задолженность людей за газ. И дальше она будет только расти. Потому что люди просто не в состоянии платить такие космические тарифы.

Но дело даже не только в этом. Сегодня уже «Нафтогаз Украины» берет с промышленников за газ больше 500 долларов. Уже перешагнули  психологическую черту в 500 долларов за тысячу кубов газа. Это абсолютно неприемлемо, и это уже стало угрозой национальной безопасности страны. Я объясню почему. Потому что это убивает промышленность, это останавливает эти предприятия, они не в состоянии выдержать конкуренцию. Это ведет к тому, что эта цена газа переходит  на все товары , начиная с хлеба, сахара, масла, заканчивая одеждой. А это значит, что люди еще больше будут тратить денег на закупку товаров первой необходимости. А это прямой путь к попрошайничеству.

Это к чему привело? Почему так произошло? Потому что практически «Нафтогаз Украины» превратился в «государство в государстве». Формально это государственная компания, но правительство и президент дистанцировались от управления. Руководит непонятный  наблюдательный совет, в котором большинство граждане иностранных государств. И что они сделали страшного? Они на самом деле посадили страну на спотовые цены на газ, рыночные цены на хабе. Этого нет ни в одной стране Европы. Потому что, когда мы вступали, я лично подписывал этот документ о вступлении в Европейское энергетическое сообщество, то страна должна обеспечиваться энергоносителями, газом из трех направлений: собственной добычи, долгосрочных контрактов, и часть, если не хватает, можно закупать на споте, на хабе . Они сделали так, что нет долгосрочных контрактов, и весь газ закупается на хабе.

А что дальше происходит? Произошел, скажем, случай на Гронингене в Норвегии с платформой или со скважиной в Ханты-Мансийске, или аномальные холода, и стоимость газа на хабе повысится, — и они будут говорить: это рыночная ситуация, вот и закупают по такой цене за тысячу долларов газ для промышленности. Это, считаю, преступление. И он требует соответствующей реакции того же Совета национальной безопасности. Я уже не говорю, когда сменится власть, мы все это отменим. Это совершенно ясно. Потому что не может страна, декларируя движение в европейском направлении, идти в газовой отрасли совсем наоборот, в противоположном направлении.

— А что вы сделаете, если заработает «Северный поток-2», и наша газотранспортная система может превратиться действительно в металлолом? Потому что она не будет получать необходимое количество газа для прокачки.

Мы действительно предупреждали. И лично я предупреждал руководство государства, так может произойти. И единственный выход из этой ситуации —  перестать пугать какими исками «Газпром» или что-то, перестать конфликтовать, а перед руководством Европейской комиссии провести переговоры между Европейской комиссией, нами и «Газпромом» для того, чтобы зафиксировать объем газа в газотранспортной системе, чтобы она действительно не  была убыточной, а самое главное — чтобы она выполняла функции по поставкам газа по всей территории страны.

Потому что если упадет давление — сегодня там 75 атмосфер, а будет, не дай бог, 10 — это будет беда, это требует дополнительных компрессоров, дополнительного оборудования. И у нас нет даже представления, сколько … Я имею в виду, у сегодняшнего режима его вообще нет. Они даже не понимают, что делать по этому поводу. А сейчас мы видим, что эта беда уже близко, и чтобы ее избежать, надо провести такие переговоры и зафиксировать гарантированный объем.

— Есть мнение по поводу того, что можно полностью обеспечить Украину газом собственной добычи. И тогда, говорят, не надо будет покупать, будут низкие тарифы, не придется столько платить за коммунальные платежи. Насколько это соответствует действительности, сейчас это можно сделать?

Если закрыть газ и остановить промышленность, то, наверное, можно, для чего, собственно говоря, и провели мероприятия, которые создал «Нафтогаз Украины» в государстве. Закрывают газ, не дают на коммуналку. И люди переходят на дрова. Можно и дровами топить. И действительно, если отойти от цивилизационных благ и топить дровами, готовить пищу на костре, то тогда, наверное, можно сказать, что можно обеспечить себя.

В сегодняшних условиях у нас главный объем газа — это разработка старых месторождений. Он требует очень квалифицированного подхода. Я не вижу сегодня в правительстве, а тем более в «Нафтогазе Украины», каких-то целенаправленных мер для того, чтобы это сделать. С этими категориями специалистов это невозможно.

— Бюджетный процесс. Этот бюджет, который есть сейчас, насколько он сбалансирован, в частности его доходная часть?

На самом деле мы проанализировали вариант бюджета, который представлен правительством к рассмотрению в первом чтении. К сожалению, он повторяет в худших традициях бюджеты предыдущих лет, когда уменьшались социальные выплаты, а увеличивались выплаты на силовиков. Потому что в сегодняшнем варианте бюджета увеличение выплат на силовиков — причем это не армия, а это правоохранительные органы, полиция, прокуратура, Служба безопасности, пограничники — плюс 115 млрд.

При этом я не согласен, что у нас увеличиваются выплаты на социальные выплаты. Потому что формально это увеличение на 5%. Но у нас даже официальный уровень инфляции — 7,4%. А мы знаем, что он всегда бывает больше, он дойдет до 10%, как в этом году. И так же это де-факто означает, что социальные выплаты уменьшаются. Уменьшаются выплаты ветеранам, пенсионерам, матерям с детьми, всем тем, кто действительно нуждается в дополнительных выплат.

Простой пример. У нас Конституционный суд принял решение, что несправедливо чернобыльцам обрезали социальные льготы в декабре 2014 года, когда одним махом были сняты все выплаты чернобыльцам. Правительство не выполняет решения Конституционного суда.

— Тогда это был перевод в компетенцию правительства: что правительство самостоятельно  будет определять. Правильно?

Нет. Это было переведено в то, что их просто уничтожили, эти льготы, убрали все выплаты. А сегодня Конституционный суд сказал, что это неправильно, это нарушение Конституции. Потому что люди, которые пострадали от техногенной аварии, государство обязано им платить. Правительство этого не выполняет. Мы направили обращение в правоохранительные органы. И мы направили вариант проекта закона, по которому увеличиваются выплаты, чтобы была соответствующая законодательная база в бюджете.

Теперь к вопросу — откуда брать доходы. Я действительно считаю, что у нас должна быть реальная инфляция заложена в бюджете, реальная макроэкономическая база. Это дает увеличение. И второй вопрос — у нас должно быть уменьшение выплаты на силовые структуры. Причем там цифры примерно 30 млрд. Вот база для того, чтобы обеспечить социальные выплаты. Потому что сегодня это типичная построение полицейского государства с бедным населением. И это путь вникуда.

— Если мы говорим конкретно об обороне, то вы правильно сказали, что оборонный бюджет включает в себя в том числе и правоохранительные органы …

Не оборонный бюджет. Это обособленно. Оборона — это оборона. А правоохранительные — полиция, прокуратура и СБУ — они идут отдельными статьями.

— Вы не против увеличения на оборону?

Мы не против увеличения на армию.

— А вы против увеличения расходы на правоохранительные органы?

Мы против расходов на прокуратуру, СБУ. Вот это.

— Ситуация с Венгрией, сейчас она очень активно обсуждается. Что вы скажете? Или должна быть реакция Украины, в частности в этом вопросе, по агрессивной гуманитарной политики Венгрии, более жесткой? И что делать с тем, что накануне генпрокурор Юрий Луценко заявил, что относительно двойного гражданства, если будут получать гражданство другой страны, будут лишать украинского?

Давайте начнем с того, что венгерские паспорта раздают уже с 2011 года. Эта процедура продолжается. И более 100 000 жителей Закарпатья уже получили эти паспорта. Примерно столько же работает в России. Это большая очень диаспора, работающих в России. И действительно, нет никаких законодательных препятствий для человека, чтобы он получал какой-то паспорт дополнительно. В европейских странах, кстати, это совершенно развитая практика. И нет там никакого преследования и так далее.

Почему сам скандал взялся? Я хочу напомнить, что сегодняшняя власть уже перессорилась со всеми соседями. Я не беру Россию и Беларусь. Перессорились с поляками, с венграми, с румынами. Почему? Потому что совершенно непредсказуемая политика. С чего начался скандал с венграми? С  того, что их просто обманули. Когда приехала сюда делегация перед принятием закона об образовании, им пообещали, что закон не будет ущемлять права венгров, а приняли совсем другую редакцию, которая просто взбудоражила  венгерское руководство. Потому что им пообещали, что ничего не будет, но просто обманули. Им пообещали, что такого отношения к венграм не будет. И это был прямой обман со стороны руководства государства, в частности руководства Министерства иностранных дел. И с этого начался конфликт.

И с румынами такая же ситуация. Президент Румынии, если вы помните, в октябре прошлого года отменил визит в Украину, потому что был принят этот закон. Поэтому, прежде всего, надо посмотреть сегодняшней власти в зеркало на себя, прежде чем обвинять кого-то в том, что они проводят агрессивные действия против нашей страны. И так же с поляками. Такая же ситуация. Мало кто уже помнит, но был красноречив случай, когда президент Польши — в то время это был Бронислав Коморовский — приехал в парламент. Он большой друг Украины, поддерживал нас всегда. Сказал очень хорошую речь. И через время после того, как он уехал из парламента, был принят закон о героизации УПА. И поляки же не понимали, что это просто так получилось, потому что власть непрофессиональная, бездарная. Они думали, что это «изощренный плевок» в сторону руководства Польши.

Произошло то, что произошло. Они в силу своей бездарности и непредсказуемости просто делают шаги, которые уничтожают отношения с соседями. И так же с венграми. И дело сейчас должна идти не тем, чтобы обострять конфликт, а просто должны пройти переговоры для того, чтобы примирить стороны, чтобы остановить это, чтобы восстановить отношения с соседями.

— Но таким образом мы защищаем свои интересы, поднимаем престиж и уровень именно украинского языка. Потому что есть опасности и риски именно в этих регионах, в том числе и западных, они никуда не исчезают. Поэтому Украина  должна по крайней мере показывает сильную позицию … Мы же не можем Венгрии или иным «заносит одно место на поворотах». Мы как-то должны  себя позиционировать.

Хотите знать, что бы я сделал?

— Что бы вы сделали?

Я бы просто поручил украинскому консулу выдавать украинские паспорта венграм в регионах, близких к Украине. Зеркальный ответ. И все. И так же пусть люди берут украинские паспорта, кто желает. И такой  бы был ответ.

— В частности, поездки по регионам и рейдерство против аграриев. Во многих политических силах о них заявляют. Напомню, у нас в декабре истекает срок моратория на продажу земель сельскохозяйственного назначения. Я не думаю, что его отменят. Но эти вот рейдерства против аграриев — я хочу конкретный пример. Что вы скажете?

Мы действительно мораторий должны продлить. Потому что общество не готово к открытому рынку земли. Это совершенно точно. И это может привести к непредсказуемым последствиям, если откроется рынок.

— У нас нет законодательной базы, которая бы регулировала.

Нет законодательной базы и люди не готовы. А что касается рейдерства, то конкретных примеров очень много. Харьковская область. Хозяйство. Под руководством местных правоохранителей и руководством местного отделения Министерства юстиции переписали просто элеватор и землю на другого человека. Приехали вооруженные люди с новым реестром, выбросили прошлого хозяина и сказали: это теперь наше.

Таких случаев с начала года — 500. Это ноу-хау сегодняшнего режима трехлетней давности. Три года, как работает эта схема. Работает она под «крышей» Министерства юстиции. Потому что невозможно без нотариусов. Работает она под крышей правоохранительных органов, как минимум местных. Потому что в Харькове раз она была прекращена, когда прошел огласку и приехала полиция из Киева. Потому что местная полиция просто тупо помогала рейдеру.
И наша фракция регистрирует сейчас постановление об отстранении от должности министра юстиции. Потому что мы считаем, что это они «крышей» и они там в доле. Потому что все фермеры, с которыми мы говорили, все говорят об одном и том же схему.

— Есть конкретные доказательства?

Нотариусы. Нотариус работает, выписывает. Если он сделал неправильно, то заберите у него завтра лицензию, и никто больше делать не будет. Или привлеките его к уголовной ответственности. Они этого не делают. Нотариусы не боятся. И «черные» нотариусы просто берут и переписывают реестры.

— Непростой вопрос — это, в частности, вопросы вокруг Томосу. Предоставление Украине Томосу, которое, похоже, будет необратимым, по вашему мнению, к чему приведет? И вообще которую вы занимаете позицию?

Позиция наша не изменилась. Мы считаем, что политики должны держаться от церковных дел можно дальше и быть там простыми мирянами. И неправильно, как мы считаем, когда президент использует эту церковную тему как элемент или механизм своей предвыборной кампании. Это же было видно. Четыре года никто не трогал эту церковь. Началась предвыборная кампания — проснулись, извините за выражение, и начали заниматься все так называемым объединением церквей.

Церковники должны заниматься и разбираться между собой сами. И ни при чем здесь политики. И действительно, если, не дай бог, возникнет конфликт на религиозной основе, то это будет большая беда для страны. Поэтому наша позиция не изменилась: это дело церковников, и политики должны держаться от нее подальше.

— Но политики, и вы так же, должны  не допустить, чтобы состоялся этот конфликт на религиозной почве.

С нашей стороны будет сделано все для того, чтобы конфликта не было. Но я вижу, что остатки правящей коалиции, остатки власти — они используются для собственного политического пиара. И здесь могут быть разные провокации.

— Как вы думаете, каким будет повестка дня следующей пленарной недели? И что бы вы хотели в ней увидеть?

Но я не думаю, а я уже видел повестку дня недели. Абсолютно пустая часть предвыборной кампании президента Украины. Потому что там языковые законы снова появляются, которые, собственно говоря, никого не интересуют, но приводят к дальнейшему расколу и напряженности в обществе. И политические декларации, которые не имеют ничего общего с тем, что действительно беспокоит людей. Нет там ответа, почему там такая цена на газ, нет ответ, когда будет мир на востоке, нет ответа, когда прекратится коррупция. Ни одного законопроекта социального нет, а есть только политические декларации. Собственно говоря, почему парламенте и доверяет только 2%. Потому что он живет отделенным от страны жизнью.

— Кого бы вы из министров хотели отдельно послушать, задать ему вопросы? Я не говорю о пятнице, этот так называемый день правительства. А именно вызвать и получить ответы.

Я считаю, нужно заслушать правительство по экономической политике. Потому что, общаясь с представителями предприятий, мы видим, что государственной политики по реальному сектору экономики нет вообще: ни с теми же фермерами, ни с предпринимателями. Я был в Запорожье позавчера и общался с руководителем предприятия: ни кредитов нет, ни поддержки государства села нет, заоблачные штрафы. Все что угодно. Я уже не говорю о рейдерстве и все остальное. Экспортное агентство, которое анонсировано было, и будто оно поможет проходить нашим товарам на экспорт, не работает.

Поэтому я хочу заслушать правительство, премьер-министра: каким образом будет преодолен экономический кризис, каким образом будет поддержка реального сектора экономики, а не беготня по миру за очередным кредитом.

Также следите  за «Прямым»ву Facebook, Twitter , Telegram и Instagram.